– Да, – устало подтвердил Ранд. – Ловушка, в которую я должен угодить. И позволить, чтобы за мной захлопнулась дверца. – Вдруг он запрокинул голову и расхохотался. – Как всегда! Чему здесь удивляться? Разнеси весть, Найнив! Скажи Итуралде, Руарку, королю Дарлину, что завтра мы войдем в долину Такан’дар и объявим ее своей! Раз уж надо сунуть голову в львиную пасть, сделаем так, чтобы лев подавился нашей плотью!
Суан повела плечом и поморщилась от острой боли.
– Юкири, – проворчала она, – над этим твоим плетением еще работать и работать.
Миниатюрная Серая сестра тихонько выругалась и отошла от солдата, потерявшего руку. Исцелять его она не стала, предоставив эту работу обычным врачевателям с их бинтами. Тратить энергию на этого человека – пустое дело, ведь он уже не вернется в строй. Лучше сберечь силы для помощи тем воинам, которые смогут снова сражаться.
Аргументация жестокая и бесчеловечная. Что поделать, уж такие настали времена. У лишившегося руки солдата, скорей всего, есть шанс выжить без Исцеления, а потому Суан и Юкири перешли к следующему раненому в очереди. В Майене хватало Желтых сестер, но их силы уходили на Исцеление Айз Седай, которые выжили при бегстве, и бойцов, по-прежнему способных держать оружие.
Над импровизированным лагерем, устроенном на арафелской земле к востоку от речного брода, раздавались стоны и хрипы солдат. Раненых было так много, и Суан с Юкири были в числе тех немногих Айз Седай, у кого еще оставались силы на Исцеление. Большинство прочих сестер потратили свою энергию на создание переходных врат, через которые выводили войско Эгвейн, зажатое в клещи двумя атакующими армиями.
Шарцы действовали напористо, но задержались, обыскивая и уничтожая лагерь Белой Башни. Этого времени хватило, чтобы армия Эгвейн – вернее, ее остатки – сумели спастись.
Юкири обследовала Искательством следующего раненого, затем кивнула, и Суан, опустившись на колени, принялась творить плетение Исцеления. Она никогда не была особенно искусна в этом и даже с помощью ангриала тратила на Исцеление немало сил, но уберечь солдата от смерти все же удалось. Рана в боку закрылась, а мужчина охнул, хватая ртом воздух, ведь значительную часть энергии для Исцеления отдал его собственный организм.
Покачнувшись, Суан в изнеможении опустилась на колени. О Свет! Ноги держали ее не лучше, чем аристократку в первый день на корабельной палубе!
– Ступай отдохни, Суан, – окинув напарницу взглядом, велела ей Юкири и протянула руку.
Суан стиснула зубы, но все же отдала ей ангриал – маленький каменный цветок, – и Единая Сила ускользнула от нее. Она глубоко вздохнула, отчасти с облегчением, отчасти с печалью от расставания с прекрасной саидар.
Юкири направилась к следующему солдату, а Суан улеглась там, где была, чувствуя, как все тело жалуется на многочисленные синяки и ссадины. События битвы затянуло туманной пеленой: Суан помнила лишь, как юный Гавин Траканд ворвался в штабную палатку, крича, что Эгвейн приказала армии отступать.
Брин тут же отправил послание через переходные врата на полу. Таков был новый способ передачи распоряжений командования: к древку стрелы приматывали длинной лентой записку и отправляли приказ через врата на поле боя. Стрелы были без наконечников, вместо них для нужного веса и баланса к древку прикрепляли небольшой камешек.
Перед появлением Гавина Брин места себе не находил. Ему не нравился ход битвы. По поведению троллоков ему стало ясно, что Тень что-то замышляет. Суан не сомневалась, что приказы к отступлению были подготовлены заранее.
Затем в лагере загремели взрывы, и Юкири крикнула, чтобы все прыгали в открытые на полу переходные врата. О Свет, но в тот миг Суан подумала, что эта женщина рехнулась! Рехнулась настолько, что в итоге спасла их от гибели.
«Чтоб мне сгореть, если я собираюсь здесь валяться, как рыбина из вчерашнего улова», – подумала Суан, глядя в небо. Потом она кое-как поднялась на ноги и отправилась осматривать новый лагерь.
Юкири утверждала, что ее плетение не такое уж неизвестное, хотя Суан узнала о нем впервые. То была громадная подушка Воздуха, предназначенная для спасения людей, падающих с большой высоты. Создав такое плетение, Юкири привлекла внимание шарцев – подумать только, шарцев! – зато и Суан, и Брину, и Юкири, и нескольким помощницам удалось сбежать. Чтоб ей сгореть, они все-таки удрали, хотя Суан содрогалась при мысли о том падении, а Юкири все твердила, что, по ее убеждению, это плетение может быть тем самым секретом, благодаря которому люди минувшей эпохи умели летать. Ну что за глупости! Создатель не дал людям крыльев, и на то имелись весомые причины.
Брина Суан нашла на краю нового лагеря, он сидел на пеньке, вконец измученный. На земле перед ним, прижатые камнями, лежали две военные карты – сильно измятые, поскольку Брин схватил их в самый последний момент перед тем, как палатку разметало в клочья взрывом.
«Глупец, – подумала Суан. – Рисковать жизнью ради пары бумажек…»
