Новые переходные врата – три, и четыре, и дюжина. Открываясь в строгом порядке, они исторгали скачущих конников с копьями на изготовку, и над всеми отрядами развевались стяги Салдэйи, Шайнара, Кандора. В считаные секунды шеститысячный отряд превратился в стотысячную армию.
Первые ряды троллоков охватило смятение. Многие завопили, заверещали, одни по-прежнему бежали навстречу атакующим, другие остановились, перехватывая и наклоняя копья так, чтобы встретить несущихся на них лошадей. А сзади на них – лишенная возможности видеть, что происходит впереди, – напирала, потрясая огромными, похожими на косы мечами и двойными боевыми топорами, разъяренная орда.
Тех троллоков в первых рядах, что выставили перед собой копья, вдруг разметало взрывом.
Где-то за спиной у Лана Аша’маны творили разрушительные плетения, и те взрывали землю, подчистую выбивая передние ряды врага. Когда от троллочьего авангарда остались одни лишь валяющиеся на земле трупы, следующие шеренги оказались совершенно беззащитны перед ураганом копыт, мечей и копий.
Мандарб врезался в гущу рычащих троллоков. Лан принялся рубить направо и налево. Андер расхохотался.
– Назад, дурень! – бросил ему Лан, не переставая орудовать мечом. – Отправь Аша’манов к раненым, пусть защитят лагерь!
– Хочу увидеть улыбку на твоем лице, Лан! – крикнул в ответ Андер, крепко державшийся за седло. – Перестань делать каменное лицо – хотя бы разок! Поверь, сегодняшний день этого достоин!
Лан окинул взглядом битву, о победе в которой раньше и помыслить не мог, увидел, что последний бой превратился в многообещающую сечу, и не сдержался. Он не просто улыбнулся. Он захохотал.
Удовлетворенный, Андер отправился выполнять приказ – сперва получить Исцеление, а затем навести порядок в тылу.
– Джофил! – крикнул Лан. – Подними повыше мое знамя! Ведь сегодня Малкир еще жива!
Когда встреча закончилась, Илэйн вышла из шатра – и очутилась в роще. Деревьев было немногим больше десятка, зато каких! Высоченные, пышущие здоровьем красавцы с громадными ветвями и массивными стофутовыми стволами. Илэйн замерла и разинула рот, совершенно не стесняясь своего изумления, поскольку все остальные сделали то же самое. Она глянула в сторону, где Эгвейн – тоже с раскрытым ртом – рассматривала кроны гигантских деревьев. В небе по-прежнему сияло солнце, но зеленая листва затеняла пространство вокруг шатра. Так вот почему в нем стало темновато.
– Эти деревья… – Перрин шагнул вперед и положил ладонь на толстую рубчатую кору. – Это же Великие Древа. Такие я уже видел. В стеддинге!
Илэйн обняла Истинный Источник. Вот оно, сияние саидар – тепло, сравнимое с теплом солнца. Она вдохнула Силу и с интересом отметила, что при упоминании стеддинга почти все способные направлять Силу женщины поступили так же.
– Знаете, кем бы ни был теперь Ранд, – сказала Эгвейн, скрестив на груди руки, – он не способен сделать так, чтобы здесь взял и появился стеддинг.
Такое чувство, что она сказала это для собственного успокоения.
– Куда он ушел? – спросила Илэйн.
– Вон туда. – Перрин махнул рукой в сторону деревьев. – И пропал.
Меж могучих стволов ходили, запрокинув голову, солдаты из самых разных лагерей. Илэйн услышала, как поблизости переговаривается с лордом Агельмаром кто-то из шайнарцев:
– Они выросли у нас на глазах, милорд. Проклюнулись из земли и меньше чем за пять минут достигли вот таких размеров. Клянусь, милорд, или пусть я никогда больше не обнажу клинок.
– Ну ладно. – Илэйн отпустила Источник. – Давайте начнем, пока наши государства не сгорели дотла. Карты! Нам нужны карты!
Другие правители повернулись к ней. На собрании, в присутствии Ранда, мало кто оспаривал назначение Илэйн. Рядом с Рандом такое случалось: человека подхватывало приливом воли Дракона Возрожденного. Когда Ранд озвучивал некую мысль, она казалась совершенно логичной.
Теперь же, как видно, многие были недовольны тем, что Илэйн оказалась поставлена выше их. Так что лучше не давать им времени на размышления.
– Где мастер Норри? – спросила она у Дайлин. – Не мог бы он…
– Карты у меня, ваше величество, – сказал Гарет Брин, выходя из шатра вместе с Суан.
Илэйн даже удивилась, увидев, как он поседел с их последней встречи. Сегодня Брин был в плотных белых штанах и такой же куртке, на груди которой красовалась эмблема Пламени Тар Валона. Он вежливо поклонился, но приближаться не стал. Мундир Брина, равно как и ладонь Суан, покровительственно лежащая у него на руке, ясно давали понять, на чьей он стороне.
Илэйн помнила, как Брин с таким же невозмутимым видом стоял за спиной у ее матери. Неизменно почтителен и сдержан и всегда защищал королеву – ту, что в итоге отправила его в отставку. В этом не было вины Илэйн, но в глазах Брина читалось недоверие.
Ну да ладно, сделанного не воротишь. Ей остается лишь смотреть в будущее.
