Еще один шаранец появился из темноты, и этот был почти полностью обнажен. Он был без рубашки и в штанах с разрезами. У него татуировки были не только на спине, они покрывали все плечи… Переходили на шею, как переплетенные лозы, дотягивались до скул и щек. Они выглядели как сотни переплетенных рук, точно длинные пальцы с когтями поддерживали его голову снизу. Мужчина подошел к коленопреклоненному посыльному. Другие охранники стали переминаться с ноги на ногу, они явно чувствовали себя неуютно рядом с этим человеком, кем бы он ни был. Он вытянул руку, усмехаясь. Внезапно на спине мальчика вспыхнула выжженная метка, как у других пленников. Пошел дым, и мальчик завопил от боли. Гавин, потрясенный, тихо выдохнул. Этот человек с татуировками, бегущими по лицу… он мог направлять.
Некоторые из охранников заворчали. И Эгвейн уже почти было начал различать слова, но акцент оказался слишком сильным. Направляющий рявкнул на охранников, как злобная собака. Охранники отступили на шаг, и он ушел, исчезнув в тенях.
«О, Свет!» — подумала Эгвейн.
Шелест в темноте предварил появление двух женщин в широких шелковых платьях. У одной кожа была посветлее, и Эгвейн заметила, что некоторые из солдат также ее рассматривают. Не все шаранцы были темнокожими, как мужчины, которых она видела до сих пор.
Лица у женщин были очень красивы. Такие нежные. Эгвейн отпрянула. Судя по тому, что она видела раньше, эти двое, вероятно, были направляющие. Если они подойдут слишком близко к Эгвейн, они почувствуют ее присутствие.
Женщины осматривали пленных. При свете их фонарей Эгвейн различила татуировки на их лицах, они были не так ужасны, как те, что носили мужчины. Что-то вроде листьев, вытатуированных на затылке, проходило под ушами, распускаясь, подобно бутонам, на щеках. Две женщины перешептывались, Эгвейн чувствовала, что почти понимает их. Если бы она могла сплести нить подслушивания…
«Дура», — подумала она. Направляющие убили бы её на месте.
Остальные собрались вокруг пленников. Эгвейн затаила дыхание. Сто, двести, собиралось все больше людей. Они почти не разговаривали, они казалось тихими и величественными, эти шаранцы. Большинство из них носили одежды с открытой спиной, выставляя напоказ татуировки. Может, это символы их статуса?
Она предположила, что у более важных лиц были и более замысловатые татуировки. Тем не менее, офицеры — как она предположила, поскольку они носили шлемы с оперением, тонкие шелковые плащи и золотые доспехи, сделанные как будто из монет, сшитых вместе через отверстия в центре — имели только небольшие открытые участки кожи у основания плеча, с крошечной татуировкой.
«Они снимают часть доспеха, чтобы открыть татуировки», — подумала она. Но не могут же они сражаться с открытой кожей. Это было сделано на время официальных церемоний.
Последняя группа людей, которые присоединились к толпе, была самой странной из всех. Двое мужчин и женщина верхом на небольших ослах. Все трое носили красивые шелковые юбки, их животные были увешаны золотыми и серебряными цепями. Сложные головные уборы этих троих состояли из сложенных веером ярких перьев разных цветов. Они были обнаженные до пояса, в том числе женщина, за исключением драгоценностей и ожерелий, которые покрывали большую часть её груди. Их спины были обнажены, а головы сзади обриты, чтобы показать шею. Татуировок у них не было.
Что, какие-то господа? А еще у всех троих было опустошенное, затравленное выражение на лицах. Они склонялись вперед, глаза опущены, лица бесцветны. Их руки казались тонкими, почти скелетообразными. Такие хрупкие. Что сделали с этими людьми?
Это не имело никакого смысла. Шаранцы, несомненно, были столь же непонятными людьми как Айил, а, вероятно, даже больше. «Но почему они явились именно сейчас? — думала Эгвейн. — Почему после долгих веков изоляции они наконец решились на вторжение?»
Таких совпадений не бывает. Они неожиданно напали на армию Эгвейн, стали союзниками троллоками. Она сосредоточилась на этом. То, что она узнает здесь, будет иметь жизненно важное значение. Она не могла помочь своей армии прямо сейчас — Свет только бы хоть кто-то спасся — значит, сейчас ей надо как можно больше узнать о врагах…
Гавин легонько дотронулся до неё. Она посмотрела на него и ощутила его тревогу.
«Сейчас?» — произнес он одними губами, указывая назад. Возможно, пока всеобщее внимание обращено на пленников, им удастся улизнуть. Они потихоньку стали отползать.
Один из шаранский направляющих крикнул. Эгвейн замерла. Ее засекли!
Нет. Нет. Эгвейн глубоко вздохнула, пытаясь успокоить сердце, которое, казалось, пыталось вырваться из груди. Женщина говорила что-то остальным. Эгвейн показалось, что она, несмотря на сильный акцент, смогла разобрать «Это сделано».
Группа людей опустилась на колени. Усыпанная драгоценными камнями троица склонила головы еще ниже. А потом рядом с пленными искривился воздух.
