КОЭН: У меня всё ровно наоборот. Я не должен давать скучать своим клиентам, вынужден болтать не переставая, соглашаться, не соглашаться, шутить, балагурить, анекдоты травить.
ТЕО: Вот это-то и отличает меня от вас. Я реалист. Я привык смотреть правде в глаза. А ты даже насчёт своего собственного здоровья умудряешься врать самому себе. Когда тебе нужно быть на работе?
КОЭН: Не раньше десяти.
ТЕО: Тогда иди, прогуляйся поутру, сделай зарядку.
КОЭН: Меня просквозит, и я простужусь.
ТЕО: Сначала, да, но тебе нужно узнать, что у тебя не в порядке со здоровьем.
КОЭН: Зачем?
ТЕО: Как зачем? Чтобы знать правду. Чтобы знать, на каком ты свете находишься.
КОЭН: Если я узнаю, что у меня что-то не в порядке, я от беспокойства ещё больше заболею. Так что зачем мне знать эту правду?
ТЕО: Вот это — да! По-твоему, лучше жить во лжи?
КОЭН: Мы и так в ней погрязли.
ТЕО: Да, ты в своём уме? Кто это погряз во лжи? Да, это твоё утверждение — единственная ложь в этом доме.
КОЭН: Нонсенс. Повсюду один сплошной обман.
ТЕО: Ну-ка, ну-ка, и кто же это интересно кого обманывает в этом доме? Уж не Версати ли?
КОЭН: Определённо.
ТЕО: С моей женой, да?
КОЭН: Возможно.
ТЕО: Может быть, и ты туда же?
КОЭН: Не исключено.
ТЕО: Ну, тогда ты никакой не парикмахер, а замаскировавшийся барон, который втёрся к нам в дом, к своей возлюбленной и моей жене, и я тебя разоблачил.
КОЭН: Я прошу пощады!
ТЕО: Такой красавец, пышущий здоровьем, ты как титан, покоривший реку по имени Мужественность.
КОЭН: Нет, я, пожалуй, лучше отдохну.
ТЕО: Как титан, покоривший реку по имени Мужественность.
КОЭН: Он упрощает задачу.
ЛУИЗА: Какую задачу?
КОЭН: Это невероятно, насколько он доверчив.
ЛУИЗА: До сегодняшнего дня у него не было причины не быть доверчивым.
КОЭН: В один прекрасный день ему раскроют глаза.
ЛУИЗА: И сделает это тот, кого он сам привёл в этот дом.
КОЭН: Даже ребёнку ясно… исчезать и появляться… приватные дела… Вы же ждёте, не дождётесь переспать с этим Версати.
ЛУИЗА: Если вы будете оскорблять меня, я позову своего мужа.
КОЭН: Давайте, зовите, пока он не ушёл далеко. Я ему тоже всё расскажу.
ЛУИЗА: Почему вы остались здесь?
КОЭН: Думаете, я буду спокойно смотреть, как другой мужчина вами овладеет? Я не допущу этого. Когда я увидел вас сегодня в парке, я возжелал вас так, как не желал никого на свете за всю мою жизнь. А когда обнаружил здесь, изнемогающего от страсти Версати, моя ревность превратила меня в стрелу смертоносного арбалета, и я понял, что должен любой ценой остановить его. Если вы не достанетесь мне, то ему вас не видать тоже.
ЛУИЗА: Вам ещё не пора идти на работу?
КОЭН: О, как вы недооцениваете меня, фрау Маске. Вы никогда не будете принадлежать ему.
ЛУИЗА: Да, вы совсем как ребёнок.
КОЭН:
ЛУИЗА: Мне кажется, я вас понимаю.
КОЭН: Я клянусь вам, что никогда не нарушу ту границу, которая разделяет нас с вами. Но если вам когда-нибудь понадобится защита от этого дикого животного, я буду до последней капли крови сражаться за вас.
ЛУИЗА:
КОЭН: А как же герр Версати?
ЛУИЗА: О, я вас умоляю. Он меня совершенно не интересует.
КОЭН: У меня нет никакого опыта общения с женщинами, так что мне трудно понять, дурачите вы меня, или нет.
ЛУИЗА: Вполне возможно, что он хочет, как вы выразились, овладеть мной. Но вы забываете, что для этого необходимо моё согласие. Вы думаете, я не вижу насквозь этого донжуана? Я не исключаю, что он смотрит на меня, как на лёгкую добычу. Но неужели вы могли подумать, что я способна пренебречь своими супружескими обязанностями в угоду праздному времяпрепровожденью?
КОЭН: Но он так на вас смотрел, мне показалось, что вы уже…
ЛУИЗА: Он так на меня смотрел без моего разрешения.
КОЭН: А я никогда не буду на вас так смотреть без разрешения. Я вообще непритязательный, самая ничтожная малость, один ваш вздох уже сделает меня счастливым.
ЛУИЗА: Определённо, мы с вами подружимся.
КОЭН: А вы меня не обманываете?
ЛУИЗА: Герр Коэн, я бы попросила вас пойти и раздобыть себе где-нибудь кофе. Сделаете мне такое одолжение?