Панталончики упали! полностью

ВЕРСАТИ: Я торжествую! Страсть моя вся излита мною на бумагу, уложена в стихи и бьётся в ритме пульса: «Однажды родившись, любовь не умрёт, но будет рождаться в груди моей вновь»! А теперь, я готов взять тебя в свои…

КОЭН: Стоп! Ты не готов и никогда не будешь готовым.

ВЕРСАТИ: Ты кто такой?

КОЭН: Я, сударь мой, твоё противозачаточное средство.

ВЕРСАТИ: Ах, неужели?!

КОЭН: К тому же, пора бы знать, что ты ей неинтересен.

ВЕРСАТИ: Пойди, Сапфо, скажи об этом, простофиля.

КОЭН: Я простофиля? Тогда ты самовлюблённый павлин!

ЛУИЗА: Коэн, вы — безумец!

КОЭН: Он проник сюда под фальшивым предлогом.

ВЕРСАТИ: А какие ещё предлоги бывают?

КОЭН: Не цепляйтесь за слова! (Луизе) Читал я его поэзию. Скрипят стихи.

ВЕРСАТИ: Как ваши суставы.

КОЭН: Ты красишь волосы!

ВЕРСАТИ: Ложь!

КОЭН: А я, говорю, красишь!

ВЕРСАТИ: А я, говорю, ложь!

КОЭН: Да я сам их красил!

ВЕРСАТИ: Ну и что? Вагнер тоже красил!

КОЭН: (Потрясён) Вагнер красил твои волосы?!

ВЕРСАТИ: Зачем. Он красил свои волосы.

КОЭН: Ложь!

ВЕРСАТИ: Правда.

КОЭН: Он носил парик!

ЛУИЗА: А ну-ка, замолчите, вы оба!

КОЭН: Мы же за вас спорим!

Входит Гертруда.

ГЕРТРУДА: Тео идёт!

ЛУИЗА: Меня нельзя выиграть или проиграть в споре!

ВЕРСАТИ: Она права. Её душа от нас не зависит!

КОЭН: (Передразнивая его детским голосом) «Её душа от нас не зависит». Подхалим!

ВЕРСАТИ: Доходяга!

Коэн бросается на Версати, они начинают бороться.

КОЭН: Стихоплёт!

ВЕРСАТИ: Ябеда!

КОЭН: Плагиатор!

ГЕРТРУДА: Он уже здесь!

Входит Тео. Коэн и Версати перестают бороться и замирают в неестественных позах.

ТЕО: Обед!

ТЕО: (Указывая на газету) Подумать только, … это Лох-Несское чудовище. Целые палаточные города разбили на берегах озера, тысячи чудаков сидят и ждут, когда оно появится, и всё из-за игры воображения.

ВЕРСАТИ: Воображение — это прекрасно.

ТЕО: Оно искажает действительность.

ВЕРСАТИ: А как же гений Леонардо?

ТЕО: Он изобрёл парашют, который не раскрывался. Коэн, я сегодня заглянул в вашу цирюльню, так вот, ваш компаньон там без вас зашивается с клиентами, он просил передать вам, чтобы вы болели по вторникам, но не по субботам.

КОЭН: За три года единственный раз не вышел на работу. Даже собака имеет право на отдых.

ТЕО: Ну, так или иначе, самое главное — это следить за своим здоровьем.

КОЭН: Угу, это вы мне говорите?

ТЕО: Да. А что такое?

КОЭН: А то, что вы поселили меня в комнате, которая выходит окном на северо-восток.

ТЕО: И что из этого?

КОЭН: Всем хорошо известно, что это источник нездоровья. В окно проникают сквозняки, даже арктический ветер, а это может усугубить моё состояние.

ТЕО: Ой, я вас умоляю. Передвиньте кровать на другую сторону от окна, и будете жить на юго-западе.

КОЭН: Мне это не приходило в голову.

ТЕО: Пойдёмте, я вам помогу. (Они уходят в спальню. Луиза остаётся наедине с Версати)

ВЕРСАТИ: (Луизе) Сегодня ночью мы будем с тобой вдвоём. Так угодно небесам.

ЛУИЗА: Как это возможно?

ВЕРСАТИ: У меня есть план. Я уведу Тео в город, напою в каком-нибудь кабачке, и потихоньку вернусь к тебе. Главное — уговорить его пойти со мной, но это уж моя забота.

ЛУИЗА: Как? Ты не слишком-то ему нравишься.

ВЕРСАТИ: Я вызову его на поединок в остроумии, где проигравший каждый раунд, пьёт до дна.

ЛУИЗА: (Возбуждённо) Ему никогда не победить в остроумии!

ВЕРСАТИ: Это точно. Я вернусь с победой и овладею тобой. Будешь ждать меня?

ЛУИЗА: О, да!

ВЕРСАТИ: Тебе придётся позаботиться о Коэне.

ЛУИЗА: Но как?

ВЕРСАТИ: Сама узнаешь, как, препятствие лишь обострит твою страсть.

ЛУИЗА: Это не ужасно, то, что мы с тобой задумали?

ВЕРСАТИ: Бог наделил меня страстью, значит тот, кто мешает её удовлетворению не иначе, как дьявол.

ЛУИЗА: Конечно, мы пойдёт за Богом.

Тео и Коэн возвращаются.

ТЕО: Послушайте, что я вам скажу, у меня есть приятель с точно такими же симптомами, что и у вас, так он изучил свой организм как свои пять пальцев. Я расспросил его о его заболевании.

КОЭН: И что он вам поведал?

ТЕО: Он уверен, что это всё от нервов. Больные нервы воздействуют на все органы и поражают их. Печень, лёгкие, почки…

КОЭН: (Ощупывая себя) Печень, лёгкие, почки?

ЛУИЗА: Тео, ты напугаешь господина Коэна до смерти.