— За меня работал агент, — хмыкнул Том, который уже раз за этот день назвав так этого магловского мальчика. Агент Северус. Впрочем, завтра он лишится этого невольного звания. Том кинул на озадаченного Абраксаса последний взгляд и наконец покинул поместье. Дома его ждало еще много бумажной работы.
Работа отвлекала от странных мыслей. Она отвлекала от любых посторонних мыслей, если быть точнее. Том полностью погрузился в свои записи и наметки той идеальной системы волшебного мира, к которой бы он хотел прийти. Но чего-то в ней постоянно не доставало. Том многое повидал, многое узнал за свою не такую уж и долгую еще жизнь, он посетил много мест силы и тайной магии, но… все, к чему он пришел — что любой мир должен устанавливаться силой. И все же что-то в его записях ему не нравилось. Почему-то сегодня это бросилось в глаза особенно сильно. Должно быть, он просто устал.
На следующий день Том проснулся по обычаю рано. Накануне он так и не пришел к дельной мысли, что же его все-таки смущает в этой идеальной системе. Системе, где правит сила. Он долго сидел над бумагами, размышляя, и почему-то каждый раз вспоминал Селвина. Почему его так задели брошенные им слова? Этот мужчина жалкий слабак, испугавшийся истинной силы Тома. Он сбрендивший трус. И только. Возможно, все дело было не столько в словах Финеаса, сколько в факте совпадения, что именно в этот момент ему повстречался тот единственный человек, в котором не чувствуется и грамма страха в его сторону? Ну так и это неважно! Сегодня он избавится от мальчишки, точнее от его памяти, и забудет сей незначительный элемент.
Кивнув своим мыслям, Том поспешно поднялся на ноги. Он хотел поскорее избавить себя от всех сомнений по случаю неидеальности преследуемой цели, а для этого надо было наконец стереть мальчишке память. Затем он с чистой душой и совестью избавится от Финеаса и закроет этот пробел великой истории. Все просто. Как и всегда. Все решается грубой и беспощадной силой, пойти против которой не найдется смельчака. Усмехнувшись, Том глянул на себя в зеркало, поправил жилет и переместился. Мантия в этом месте ему понадобиться не могла.
Он в очередной уже раз появился в неприметном грязном тупичке, вышел на не менее грязную улицу и с удовлетворением заметил, как округлись от страха глаза отпрянувшей от него женщины. Усмехнувшись, он присмирил свою магию, и люди вокруг явно успокоились, перестав ощущать незримое давление. Том широким шагом направлялся прямиком к дому Северуса. И на удивление мальчишка вновь обнаружился у оградки. На этот раз он занимал ту же позицию, что и при их знакомстве, с одним маленьким дополнением, перед собой он держал тот самый горшок с фиолетовыми цветочками. И это обстоятельство, почему-то, тоже Тома порадовало.
— Уже пожалел о своем выборе? — поинтересовался Том, подходя ближе. Северус поднял на него грустный взгляд. — А ведь я предупреждал…
— Вовсе не пожалел, — возразил Северус и отвел взгляд, тоскливо рассматривая красивые цветочки. — Маме они очень даже понравились, — поведал он, а затем очень тихо добавил под нос: — Наверное. — Том, впрочем, его услышал.
— Однако же цветы не у твоей матери, как я погляжу, — холодно заметил Том и подошел еще ближе. Его взгляд зацепился внезапно за тонкую полоску свежего пореза на нижней челюсти мальчика, а затем за скол на горшке. — Твой подарок не оценили, — жестко добавил он.
— Это неправда! — слабо возразил Северус, неловко заправляя длинную тонкую прядь жирных волос за ухо, и тогда Том проследил тонкую ниточку пореза прямиком до синяка, расцветающего около мочки. Северус, заметив его пристальный взгляд, тут же вернул прядь на место. — Это неправда, — твердо повторил он. — Просто…
— Просто? — повторил Том, когда мальчишка замолчал. Он не пытался залезть в его голову, но все же применил некоторые навыки легилименции и смог поймать за хвост ускользающий образ того, как уже знакомая по прошлому проникновению в сознание женщина бросает принесенный сыном горшок на пол. На ее лице не было и намека на улыбку. Несколько маленьких цветочков отлетело куда-то под стол, горшок пошел трещиной, откололся острый кусочек. — Что я, не вижу, в каком состоянии цветы? Хочешь меня обмануть? Не выйдет.
— Я не обманываю!
— Твой подарок не оценили, а все твои добрые намерения втоптали в грязь, так и стоило ли оно того?
— Стоило! — воскликнул Северус, крепко хватаясь за ценный горшочек с пострадавшими цветами. Том разозлился. Мало того, что этот маленький дурачок не воспользовался его доброй волей, так еще и упорно стоит на том, что сделал правильный выбор. Глупец!
— Не стоило, — холодно выплюнул Том. — Ты должен в первую очередь думать о себе, потому что никто больше о тебе не подумает. — С этими словами он вырвал горшок из тонких пальцев, с какой-то странной ненавистью глядя на маленькие цветочки. — Вот твой урок, смотрит на тебя разбитым горшком. И чего ты хотел добиться? Никому не нужны эти цветы. Так и выкинь их и возьмись за ум, — припечатал Том и отбросил горшок в сторону.
