— Нет! Что ты делаешь! — воскликнул Северус и шмыгнул носом. Что есть сил, он попытался толкнуть, ударить Тома в живот, а затем поспешил выбежать за оградку, чтобы в следующую секунду уже упасть на колени рядом с треснувшим пополам горшком и совсем истрепавшимися цветочками. Черные глаза наполнились горькими слезами, а Северус спешно пытался собрать рассыпавшуюся землю, чтобы хоть как-то спасти эту маленькую жизнь.
— Оставь, как есть, — приказал Том, ничуть не сочувствуя ребенку. Однако Северус никак не отреагировал на его слова. — Я сказал, оставь, как есть, — зло выплюнул Том, в два широких шага оказался рядом и без каких-либо особых усилий вздернул мальчишку на ноги. — Я неясно выразился?
— Отпусти! — зашипел Северус в ответ и попытался вырваться, но тщетно. Том перехватил тонкие запястья и с силой сжал. Северус вздрогнул от боли, его глаза еще больше наполнились слезами, но ни капли страха в них не появилось. Тогда Том оттолкнул его и безжалостно наступил на цветы, лишая их последней надежды на жизнь. — Зачем… — Северус упал на колени, плечи его тряслись от сдерживаемых рыданий. Он вскинул на Тома болезненный взгляд. В этом взгляде было все, в нем были боль, обида, горечь и злость, но только не страх. — Зачем?
— К чему хранить то, что уже однажды причинило боль? — холодно протянул Том и сделал шаг в сторону, а Северус подполз к раздавленным цветочкам. Они так нравились ему… но теперь их уже никак не спасти. — Проглотил язык? — надменно вопросил Том, но Северус отвечать не собирался. Он судорожно вдохнул и принялся рвать траву, разгребая мягкую глинистую землю. — Что ты делаешь?
— Какое тебе дело, — негромко отозвался Северус и шмыгнул носом.
— Когда я задаю вопрос, на него надо отвечать, — ледяным тоном заявил Том. Северус медленно оглянулся и наградил его настолько мрачным взглядом, что можно было позавидовать. И почему-то этот взгляд поумерил злость Тома. Еще никогда никто не смел смотреть на него так. Когда Том причиняет боль, он всегда видит страх в смотрящих на него глазах. Какие бы другие эмоции не накрывали человека, страх был главной составляющей. А в этих черных глазах страха не было.
— А когда я не хочу отвечать, я не отвечаю! — сказал Северус и вновь отвернулся, продолжая свое дело. Однако же, вопреки своему заявлению, он все же добавил, шмыгая носом: — Ты их убил, я их похороню. — От подобной формулировки Том нахмурился. — Они были красивыми… — негромко сказал Северус, осторожно опуская цветочки и листики в неглубокую ямку и засыпая их землей.
— Это всего лишь цветы, — почему-то также негромко заметил Том. Северус медленно поднялся, развернулся и, не глядя на него, направился к дому. Однако у оградки он притормозил.
— Зачем ты пришел? Что-то еще потерял? — спросил Северус лишенным всяких эмоций голосом. И было во всей его скорбной фигурке что-то такое, что вдруг заставило Тома почувствовать укол вины. Совсем слабый, но такой неожиданный и непривычный.
— Да, — ответил Том раньше, чем успел себя остановить, — потерял.
— Что на этот раз надо найти? — без интереса спросил Северус. А Том принялся спешно соображать, что же он мог потерять.
— Браслет, — наконец сказал он и выдумал самое странное описание из возможных. — Должно быть, выпал где-то в твоем районе в прошлый раз. Сумеешь найти его за неделю, и я отплачу той же монетой.
— Ладно, — согласился Северус и, в очередной раз шмыгнув носом, все же побрел к дому. Том же замер на месте, в очередной раз оставив этому ребенку память о себе. Что же он такое делает?!
Прошло несколько долгих минут, когда Том все же отмер и направился к тупичку. По пути он поднял какую-то деревяшку и даже придал ей вполне подходящую описанию браслета форму, после чего выбросил получившийся предмет в ближайшие кусты. Так, просто для видимости. Он был не в духе и не понимал одного — почему он снова уходит отсюда с обещанием вернуться. Сегодня этот отрывок истории должен был быть стерт из памяти! Но получилось совсем наоборот. Почему? Однако ответа на этот вопрос у Тома не было, и только небольшая догадка мерцала где-то на задворках сознания. А все дело было в том, что Северус его нисколько не боялся.
На этот раз Том не забывал о мальчишке ни дня. Это было похоже на странное помешательство, словно бы он попал под чье-то магическое влияние. Совсем незначительное, но сохраняющее в сознании картинку минувшей встречи, когда черные глаза, полные горьких слез, остановили свой взгляд на нем. Том, конечно, был уверен, что никакой магией здесь и не пахло, но избавиться от образа мальчишки в голове почему-то никак не мог. Мальчишка был странным, и только, он просто не мог ничем заинтересовать его! Кажется, его сознание решило сыграть с ним в непонятную игру.
