— Успокойся, — Том, несмотря на сильнейшие ожоги, говорил спокойно и даже смог ободряюще улыбнуться мальчику. Северус, никогда до этого не видевший его настоящей, искренней и теплой улыбки, завороженно замер. — Все хорошо, не сдерживай магию, не думай о том, что можешь навредить мне…
— Но… — Северус шмыгнул носом и крепко обнял его за шею, на что Том болезненно зашипел, — я не хотел… я не хотел…
— Я знаю, — спокойно согласился Том. — Ничего страшного не произошло. Все поправимо…
— Это действительно впечатляет, — раздался ненавистный в эту секунду голос.
— Это было жестоко, отец, — негромко сказал Марсель, отчего-то по-английски. Лучано проигнорировал его, неспешно поднялся из-за стола и стал приближаться к магу с ребенком. Том с трудом, но довольно быстро достал палочку и направил в его сторону.
— Еще шаг, и на вас обрушится пламя куда более яростное…
— Я осведомлен о примерном уровне ваших способностей, Марволо. Он действительно впечатляет. Однако я не имею цели навредить вам сейчас. Исходя из переданных мне вами бумаг, я предполагал именно такую реакцию Северуса на свои слова. Я был к этому готов. Поэтому у меня есть то, что поможет устранить эти ужасные ожоги.
— Нет! — Северус не знал, что ему делать. В эту самую секунду он не ненавидел никого еще так сильно, как Лучано Медичи, и его неожиданное желание помочь не внушало совершенно никакого доверия.
— Я понимаю, Северус, я не заслуживаю никакого доверия, и это совершенно справедливо после всего, что я тут вам сказал. Поэтому я продемонстрирую действие зелья на себе, — с этими словами он зачерпнул чуток мази и нанес ее на задетый пламенем участок кожи на щеке. Покраснение тут же заметно побледнело. — Мазь снимет боль и исцелит кожные повреждения.
— Чего вы хотели добиться этим? — мрачно спросил Том и все же взял мазь, хотя использовать ее не спешил.
— Я знаю довольно много о человеческих чувствах. За свою жизнь я стал свидетелем многих сценариев самых различных отношений, — Лучано был спокоен, точно удав. — Позвольте, мистер Реддл, вы явно не тот человек, который мог бы захотеть отстоять совершенно чужого ему ребенка. Вы не тот человек, который бы пренебрег своими амбициозными целями ради лишь мизерного шанса, что в будущем, очень далеком будущем сыграет положительную роль. Это не ваш метод. И я терялся в догадках. Я не мог понять, что вами движет. Я намеренно создал опасную ситуацию, чтобы понять ваши чувства.
— Вы воспользовались нестабильностью Северуса, — Том зло скрипнул зубами. Вот доказательство, что любые привязанности губительны, если о них прознает враг. Его единственной привязанностью, отрицать которую не было уже точно никакого смысла, только что воспользовались, и вполне искусно сманипулировали ситуацией.
— Да, я воспользовался, мой пункт был всего лишь провокацией, — согласился Лучано. — Но теперь я уверен, что в этой связи нет и капли циничного расчета. Мальчик бы выжил. Да, пострадал бы от собственной магии, пострадал бы серьезно. Но вам не было никакого смысла брать весь удар на себя. В тот момент вы не думали, Марволо. И это меня порадовало.
— Объяснитесь.
— Я уже говорил, Медичи берегут свою кровь. Я узнал о вас слишком много, чтобы отдать ребенка просто так. Я должен был убедиться, что кровь Медичи будет защищена, что она не будет использована во зло семье. Сейчас я вижу, что вы не станете вредить ему. Сейчас я вижу, что вы броситесь защитить моего внука, несмотря на опасность самому себе. Теперь я готов изменить свой провокационный пункт, — Лучано говорил спокойно, без той пренебрежительности, что сопровождала его голос раньше. Том же был готов признать, что Медичи был заинтересован в мальчике, и его проверка имела место быть.
— Три недели в году, по договоренности, — Том через силу выпрямился и полностью повернулся к Медичи. — И я смогу навещать его у вас.
— По договоренности, без определенного лимита времени в год, — отрезал Лучано. — Ему уже почти девять лет, это ужасное упущение. Препятствовать вашим визитам я не стану.
— Это меня устраивает, — согласился Том. Северус дернул его за рубашку, доверия к Медичи отныне у него не было. Лучано заметил это и перевел взгляд на мальчика.
— Я не стану притворяться, Северус. Ты можешь ненавидеть меня и считать плохим человеком, ты можешь быть несогласен с моими словами. Ты можешь обижаться, что мы не проявляли никакого к тебе участия раньше. Мы не станем оправдываться и пытаться загладить свою вину. Думаю, тебе это и не нужно. Я действую в интересах своей семьи, магии и крови, и я говорю это честно, ничего не приукрашивая. Моя цель — воспитать того, кто не посрамит великую кровь. Не в моих интересах сейчас препятствовать мистеру Реддлу, я не собираюсь красть тебя, забирать куда-то или завоевывать твое доверие обманным путем. Я готов заключить сделку лично с тобой.
— Какую сделку? — осторожно спросил Северус, неуверенно поглядывая на напряженного Тома.
