— Нет! — настойчиво оборвала его Эйлин. — Он помогает нам вовсе не из добрых побуждений, пойми же. Такие люди, как он, никогда не делают ничего, что не принесет им пользы! Какую пользу ему можешь принести ты, Северус? Ты просто ребенок. Несмышленый ребенок. Маггл в его глазах. Ты ничего для него не значишь, — попыталась вразумить она. — Я расскажу тебе кое-что, но ты должен молчать. Слышишь меня? Ты обязан молчать! Пока я… что-нибудь не придумаю.
— Что ты придумаешь? — неуверенно спросил Северус. Кошмар стал чуть отпускать, стоило увидеть непривычные эмоции на лице матери. Может, именно сейчас она наконец скажет ему правду, почему они живут так, как живут? Почему они терпели отца все это время? Волнение захватило с головой, поглощая кошмар, пускай тот так и не отпустил его полностью, напоминая мерзкими ощущениями по всему телу.
— Придумаю, как нам выбраться из этой ситуации. Послушай меня внимательно, Северус. Помнишь Финеаса? — спросила Эйлин. Северус кивнул. — Финеас мой кузен. Твой дядя. И он… он… — она замялась, не зная, как правильно будет донести информацию, и наконец решила сказать, как есть: — Том сделал его своим рабом, заставил силой подчиняться себе.
— Почему? — нахмурился Северус. — Финеас сделал ему что-то плохое?
— Нет же! Просто Том такой человек. Он не человек — монстр! И он упивается властью, разве ты этого не видишь? Пойми, Северус, все, что он делает — это игра ради одной ему известной цели.
— Но ты делаешь то же самое, — негромко возразил Северус. Эйлин дернулась, словно от пощечины. Она уж точно не ожидала такого сравнения от собственного сына.
— Я делаю только то, что нас защитит.
— От кого? — поинтересовался Северус. Перед глазами вновь встал его ночной кошмар, и на глаза навернулись слезы. — От отца это не защищало! — воскликнул он и подтянул к груди острые коленки.
— Северус… — Эйлин растерялась и вдруг кое-что поняла. — Что тебе приснилось? Тебе снился отец? Ты так сильно напугался? Но его здесь больше нет…
— Не твоими усилиями, — прошептал Северус, глядя вперед себя. — Это сделал Том. — Эйлин медленно выдохнула.
— Да, это сделал Том, — согласилась она. — Но тебе никогда не было интересно, зачем он это сделал? Думаешь, ему стало жалко ребенка? — Северус поднял на нее взгляд, в котором сверкала неуверенность. Северус старался не думать об этом. Да, ему тоже казалось это странным, но Том ничего не просил взамен. И он не был добр. Однако иногда Северус вспоминал их первую встречу и каждый такой раз прокручивал в голове вопрос, который маг задал ему. Его так взволновало, что Северус его не испугался. Может, все дело было в этом? Все было в этом…
— Думаешь, нет? — вдруг с вызовом спросил Северус. Эйлин покачала головой.
— Финеас рассказал мне о настоящей причине, — негромко поведала Эйлин. — Том возится с тобой вовсе не из жалости. Он лишь хочет использовать тебя в своих темных целях, провести какой-то ритуал, для которого ему нужна добровольная жертва. Всего лишь эксперимент, но с ценой в человеческую жизнь. Он считает, что маггловского ребенка просто подкупить. Северус, не соглашайся ни на что. Думаю, у нас все меньше времени до того, как он соберется провести этот ритуал, и мы используем его с пользой для себя.
— Но если мы расскажем ему, что мы волшебники, то он не станет проводить такой ритуал, да? — Северус вдруг засомневался.
— Нет! Нет, это сделает только хуже… Финеас сказал мне, что Тому нужно что-то от моего отца, от твоего деда, если он узнает, кто мы, он сделает нас заложниками. Ты понимаешь, что это значит? С заложниками не разговаривают, заложников не водят в школу, не кормят вкусными обедами. Заложник может лишь покорно ждать своей участи. Ты ведь этого не хочешь? Не хочешь? — настойчиво повторила Эйлин. Северус покачал головой. — Раз так, то помоги нам выбраться. Делай все, что я скажу. Ты понял меня? Абсолютно все!
Щелчок… щелчок… щелчок… еще щелчок… Эти звуки уже настолько приелись, что Финеас их просто не слышал. Впрочем, стоило ли унывать? Работа в саду защищала его от внезапных вспышек гнева Лорда, которые тот выплескивал на своего раба. Работа в саду отвлекала и даже успокаивала. Еще тогда, работая с первым прудом, Финеас понял, что это его спасение. Спасение от того мрака, в который он сам себя загнал. В саду боль не преследовала его, тихий шелест ветра, обдувающего разгоряченную работой кожу, позволял спокойно обдумывать будущие шаги.
Финеас все пытался придумать, как ему помочь Эйлин и Северусу. Неделю назад Лорд обмолвился, что Северус спрашивал о нем. И в тот момент прозвучала возможность, что Финеасу еще посчастливится побывать в том доме. Ах, если бы только это случилось! И Финеас не станет ждать. Но пока он мог лишь думать. Он прокручивал в голове десятки, сотни самых разных вариантов возможных развитий своих действий. Представлял до малейшей детали, пытался продумать наперед поведение каждого участника спасательной операции. И получалось так, что все упиралось в чертов ошейник. Необходимо было придумать способ снять его или хотя бы заблокировать… но как?
