– Салага, – прокомментировал Петр. – Так и лезет с вопросами. У нас в школе телохранителей таких быстро от лишних разговоров отучали.
– Ладно, хватит болтать, – сказала я, так как на парадном крыльце здания появилась Римма Михайловна. – Вон она идет.
– Понял, – произнес Петр и, засунув огромный кусок гамбургера себе в рот, стал заводить машину.
Директриса спустилась по ступенькам и, пройдя некоторое расстояние, остановилась у стоявшей недалеко от подъезда маленькой белой иномарки. Открыв дверцу, она швырнула на пассажирское сиденье свой маленький дамский «дипломат» и быстро уселась за руль.
– Она на машине, – сказала я.
– А нам по фигу, – сказал Петр. – Мы в школе телохранителей и пешую слежку и «конную» проходили.
Стартовала директриса весьма резво. Однако Петр был тоже лихой водитель и практически не отставал от нее на своей старушке. Слежка началась.
Мы ехали за машиной директрисы минут пятнадцать. Все это время я чувствовала себя так, словно попала на американские горки. Несмотря на по-вечернему интенсивный поток машин, Петр ехал, не особенно повинуясь правилам дорожного движения. Наверное, в школе телохранителей этому не уделялось должного внимания. Короче, Петр вел себя, как дорожный хулиган. Он влезал в немыслимо узкие просветы между двумя машинами, нагло сигналя им, чтобы они посторонились, обгонял по узкой встречной полосе, постоянно ругался клаксоном, если кто-то впереди него слишком медленно стартовал на зеленый знак светофора.
Однако водитель он был опытный, поскольку занимался всем этим только в отсутствии пристального взгляда гаишника, едва же заметив полосатый жезл, тут же становился законопослушным автолюбителем. Как бы то ни было, Римму Михайловну мы из виду не упустили. Она же, попетляв по городским улицам, выехала на набережную и, припарковав машину, отправилась в одно из летних кафе, недалеко от стоянки.
Места для парковки было достаточно, и Петр подрулил поближе к кафе. Директриса брачного агентства прибыла на набережную отнюдь не поужинать. В кафе у нее была назначена встреча, и ее уже ожидал какой-то мужчина.
На вид ему было лет сорок – сорок пять. Это был невысокий, плотного телосложения человек с крупными чертами лица и мрачным взглядом. Волосы на его голове наличествовали только на затылочной части и были очень коротко подстрижены. По цвету волосы были русые вперемежку с седыми, поэтому создавалось впечатление, что мужчина абсолютно лыс. Одет он был, несмотря на жару, во все темное – брюки были черного цвета, рубашка темно-синего.
Мужчина, видимо, ждал Римму Михайловну уже достаточно долго: через увеличивающие линзы фотообъектива я рассмотрела несколько окурков, лежащих в пепельнице на столе.
Директриса уселась за столик, и они поздоровались.
– Нет, это не его баба, – тут же прокомментировал Петр. – У этих свиданка, похоже, деловая.
– Точно, – вторил ему Артем. – Своего мужчину она могла и в щечку засосать, а он, в свою очередь, мог бы и ручку чмокнуть.
– Ну, это ты загнул. Кто у нас теперь ручки чмокает? – сказал Петр. – Это фигня какая-то нездоровая – ручки бабам целовать.
«Тоже мне умники», – подумала я про себя, пытаясь поймать в объектив удачный ракурс собеседников. Я сделала несколько хороших снимков, на которых ясно были видны и Римма и ее визави, при этом не переставая следить за ними в фотоаппарат.
Поначалу о чем-то оживленно говорила Римма. Мужчина, упершись локтями в край стола, склонил голову и молча слушал. Оба много курили. Наконец мужчина, потягивая принесенный официанткой прохладительный напиток, заговорил сам. Он о чем-то медленно и подробно рассказывал Римме, периодически бросая на нее взгляды исподлобья. Римма напряженно слушала его, иногда пытаясь возразить. Но мужчина пропускал ее фразы мимо ушей, продолжая рассказ.
– А мужик-то, похоже, в доме хозяин, – снова протянул своим утробным голосом Петр. – Ты погляди, как гнет свое, а двумя пальчиками сигарету в ряшку-то тычет! А она слушает, внимательно слушает.
– Да уж, – согласился с ним Артем. – Так и надо. Этих баб распусти, потом только хуже будет.
Я оторвалась от фотообъектива и, развернувшись, удивленно посмотрела на своих спутников.
– Что это за семинар по вопросам взаимоотношения полов вы здесь устроили?
Оба несколько смутились.
– Да мы так просто, от скуки, – виновато пробормотал Артем.
– Если тебе скучно, иди домой, – категорично заявила я.
Он обиженно замолчал. Как раз в этот момент Римма встала, взяла со стола сумочку-»дипломат» и, кивнув на прощание своему собеседнику, покинула кафе. Она села в свой автомобиль и, на скорости развернувшись задним ходом, уехала.
– Куда мы? – спросил меня Петр, взявшийся за ключ зажигания. – За ней, что ли, поедем?
– Зачем за ней? – удивилась я. – Кто она и где ее найти, мы знаем. А вот кто этот лысый, мы понятия не имеем. Поэтому сидим, ждем, куда поедет он.
– Ну ладно, – Петр нехотя убрал руку с ключа зажигания, хмуро глядя на оставшегося за столиком мужчину.
