Но останавливаться Чет не хотел. Он, как сумасшедший, лез дальше, фиксируя показания. Приборы сходили с ума. Сзади опять зашуршало. Как будто чьи-то шаги? Кого можно встретить в этом проходе? Неважно, шаги — лучше, чем осыпь. Где-то внутри горы послышались звуки, очень похожие на музыку. Да не, вы серьезно? Бубен?
Плевать. Лаз вперёд был немного шире, чем лаз назад, и Чет решил пройти ещё немного дальше. Оттуда, к тому же, как будто донёсся глоток свежего воздуха.
Возможно, там есть выход. А если и нет, возможно, он там сможет развернуться.
Скоро Чет шел уже почти свободно, а потом узкий лаз и вовсе превратился в широкий проход. Впереди он разветвлялся.
Начинающий спелеолог решил было, чтобы не заблудиться, каждый раз поворачивать направо., но быстро понял, что идейка так себе. Надо было все-таки оставлять хоть какие-то отметки на поворотах. Однако ничего лучше шоколадки для рисования на скалах в рюкзаке не нашлось.
Делая заметки шоколадом на поворотах, Чет бродил по пещере ещё довольно долго. Иногда откуда-то издалека доносились звуки то ли музыки, то ли бубна.
Хорошо хоть шагов больше не было слышно. Впрочем, он был настолько увлечен замерами странных полей, что на странные звуки почти не отвлекался.
Никаких сталактитов или каких-то там особых пещерных чудес здесь не было. Но были многочисленные ответвления, большинство из которых заканчивались пустыми нишами или небольшими «залами». Возможно, когда-то здесь ходили старатели и долбили породу, добывая руду. А может быть, лаз был делом сточных вод. Так или иначе, Чету пора было отсюда выбираться.
Но любопытство вновь и вновь побеждало благоразумие и страх.
К тому же, сделанные уже записи грозили произвести к взрыву — если не в научном сообществе, то как минимум, в его, Чета, голове.
И тут вдруг приборы перестали показывать что-либо вообще. Тут же погас и фонарик, и Чет остался в полной темноте. Он слышал, что такое бывает там, где магнитные поля аномальны. Батарейки очень быстро разряжаются, иногда вообще моментально. Это ничего. Будет что рассказать. С теми, кто рассказывал об этом, ничего не случилось. Вот только что, если были те, кто уже не смог ничего рассказать? Да и как искать дорогу назад по следам шоколада в полной темноте, он не подумал. На запах? Может, на вкус? Облизывать стены?
