— Если подход, озвученный Ши Минцзином правилен, это значит, что у профессора Чу был лишь один способ оказаться со мной в одном мире, и при этом в одном месте: он должен был заблокировать меня и себя другими фигурами… людьми. То есть, он бы не смог сместиться, потому что в этот момент в параллельном мире находился бы кто-то, кто также пребывал бы в сингулярности с самим собой, создавая парадокс… — он вдруг остановился, делая резкий вдох. — Но этого практически невозможно добиться. Все эти условия нужно соблюсти в точности. Ему должен был кто-то помогать. Кто-то, кто знал, что делает…
Ши Мэй кивнул:
— Всё так.
Чу Ваньнин замолчал, меряя Ши Мэя взглядом. Затем, подумав ещё немного, кивнул:
— Если всё именно так, профессора Чу больше не существует. Как, впрочем, и меня… Должно быть, Вселенные позаботились о том, чтобы мы стали одним человеком. Это бы устранило парадокс. Теория квантового бессмертия хорошо ложится на эту концепцию. Но… — он снова покачал головой, — …я до сих пор не могу понять, зачем.
— Зачем — что? — Ши Минцзин прищурился. — Зачем я помогал вам?
— Зачем он пошёл на всё это, — Чу Ваньнин хмуро уставился на схему шахмат. — У него было то, чего никогда не было у меня… он хотел получить больше времени? Чего он добивался?
— Думаю, со временем воспоминания вернутся к вам, — Ши Мэй пожал плечами. — В любом случае, это не то, чтобы было важно. Никто из нас не знал, чем закончится этот эксперимент. Мы оба рисковали, и это был осознанный риск. Я рад, что вы наконец здесь — все эти три года я боялся, что никогда вас больше не увижу…
Мо Жань потёр лоб, испытывая пределы своего терпения.
— Мне не нужно всей этой квантовой брехни, чтобы понять, кто передо мной, — он мрачно уставился перед собой. — Чу Ваньнин — и есть профессор Чу, ведь так?
— Да, — Ши Мэй вздохнул. — Профессору потребовалось некоторое время, чтобы всё подготовить, но в итоге у него всё вышло. Он и Чу Ваньнин из параллельной Вселенной стали одним человеком, и это произошло три года назад в нашем мире — и ровно столько же времени назад во Вселенной другого Чу. Для этого мы использовали фотостудию — единую локацию, которая в абсолютной точности повторяла саму себя в другом мире и времени. Сам Чу Ваньнин должен был оказаться там одновременно с другим Ши Минцзином — в то время как я сам находился в этом мире и времени в такой же фотостудии с профессором Чу. Чу Ваньнин иного мира должен был попасть в локацию, где меня бы не было, поскольку он не был знаком со мной из другого мира, и должно было произойти смещение, вызывающее сингулярность — потому что Ши Мэй того мира был знаком с профессором Чу и принял бы его за другого человека. Однако Вселенной было некуда перебросить Чу Ваньнина другого мира — потому что в результате он бы оказался во Вселенной, где бы в такой же фотостудии уже находился я, и при этом он встретил бы сам себя. Произошло то, что профессор Чу только что назвал в шахматах “матом”: поскольку он был заблокирован, он оказался единственным Чу Ваньнином в двух Вселенных…
— Кажется, я начинаю понимать, — Мо Вэйюй снова потёр лоб, глядя на Ваньнина. — Чу Ваньнин, существующий в этом мире — одновременно является двумя людьми.
— Именно, — Чу Ваньнин беспомощно пожал плечами. — Я… он, и в то же время не он. Прости.
Он продолжал смотреть на Мо Жаня с сожалением — словно не понимал, что ещё должен сказать.
— Для того, чтобы аномалии во Вселенных, вызываемые случившимся феноменом, немного затихли, потребовалось три года, — продолжил Ши Мэй. — Всё это время я ждал. Профессор Чу дал мне чёткие инструкции относительно того, когда мне следует прийти в студию на съемку, чтобы встретиться с ним и убедиться, что его план сработал. Но… я понятия не имел, что встреча будет такой. Вы меня даже не узнали.
— Съемка была запланирована в календаре, привязанном к аккаунту телефона, — вспомнил Ваньнин. — Я помню, как это делал, но при этом не уверен, что был другим человеком… — он снова затих, как если бы более не находил в себе сил продолжать.
— Воспоминания соответствуют той Вселенной, в которой вы находитесь, — кивнул Ши Минцзин. — Возможно, некоторое время назад вы начали замечать, что предметы вокруг вас смещаются, вы не можете прийти по указанному адресу, потому что его не существует… говорят, в параллельной Вселенной даже звёздное небо иное…
Похоже, он настолько увлёкся описаниями теории, что не заметил, что Чу Ваньнин начал выглядеть по-настоящему расстроенным.
— Мы никогда не узнаем, почему он так поступил, — он обратился к Мо Жаню. — Мне жаль.
— …Он должен был оставить что-то для вас на случай, если всё пойдёт не по плану, — вклинился Ши Минцзин. — Возможно, что-то ещё было в телефоне? В квартире?..
— Не уверен, — Ваньнин помрачнел.