Ночь на дворе. Ну куда в такое время ехать? Андрей вытянул голову и посмотрел в зеркало заднего вида, изучая свое лицо. Единственное, что оставалось во всем его облике неизменным, это глаза – не тронутые ничем, спокойные, томные. «Нет, надо ехать домой, – окончательно решил он, – а то еще сорву весь план». Ведь он так ее хотел, так желал. Он не хотел все испортить.
За тридцать с лишним лет его жизни у него было не так уж много женщин. Скорее, их было мало, и даже очень мало. Природа не наделила его особой привлекательностью. Бледноватый оттенок лица скорее пугал, чем притягивал взгляды. Он не был уродлив, но и красавцем его тоже нельзя было назвать. Хотя в наше время не столько внешность, сколько толстый кошелек сопутствует успеху у женщин. Но больших денег у него не водилось. Да все это было не так уж и важно. Просто Андрей не был общительным и не стремился заводить знакомства. Ему было больше по душе жить, замыкаясь в горниле своих страстей и переживаний, без вмешательства извне и сопутствующего беспокойства. Хотя, конечно же, он общался с людьми, и у него были друзья.
Вот и в тот вечер он решил посетить вечеринку, устроенную «Омегой». Там он увидел ее, невольную виновницу его ночных приключений. И хотя, как упоминалось ранее, у него не было богатого опыта отношений с женщинами, он никогда еще не испытывал таких чувств, которые ощутил, когда увидел Наташу. Как же быстро она проникла в его душу и сердце, как неожиданно и мгновенно заполнила все его существо своим особенным ароматом.
«План? А вдруг он не сработает, может, ты ей вообще неинтересен?» – внезапное сомнение нарушило ход его мыслей. «Фиат» пролетел на красный свет и чуть не врезался в автобус. Андрей напрягся и стал более внимательно следить за дорогой. Он решил сэкономить время и поехать по короткому пути. Свернув вправо с главной дороги, оказался в узеньком переулке, едва освещенном светом желтых фонарей. Дорога заблестела, на лобовом стекле появились мелкие капельки, похожие на слезинки. В городе это место было известно тем, что по ночам здесь собирались дамочки в мини-юбках, охотницы за кошельками. Но Андрей оказался здесь, конечно же, не по этой причине. Проститутки его не интересовали. Он просто хотел побыстрее попасть домой. Чуть в стороне мелькнула красная вывеска бара под названием
К внезапной мысли, которая ворвалась в его сознание перед тем, как он проскочил на красный свет, Андрей не захотел возвращаться. Запретил себе думать, и все. «Она будет моей, будет…» – решил он, уже засыпая в своей кровати.
События следующих дней запомнились ему какими-то обрывками, которые были наиболее важны для него. Звонок, встреча, ее улыбка, прогулка, Антахкарана, которую он ей подарил, ее изумление, трепетный взгляд, изучающий цветок. Потом этот взгляд достается ему. Далее в памяти вырисовывается бокал вина на их первом настоящем свидании чуть позже, на той же неделе. Какой-то бар, музыка… Ее аромат, их первый поцелуй, потом тепло ее дыхания после бурных занятий любовью. Именно такой он ее помнил, и он хотел, чтобы такой она всегда оставалась с ним – его женщиной. Андрей разрезал малейшие сомнения острием своего желания! Он не допускал возможности потерять ее. Он влюбился до потери памяти и, как заметил бы кто-то, до потери здравого смысла. Хотя, может, это и есть настоящая любовь. Наташа была словно недостающая часть паззла, которая встала на свое место и придала смысл всем вещам и событиям вокруг, она буквально заполнила собой всю его сущность.
Вскоре она уже стала проводить почти каждый день и каждую ночь с Андреем. Он много раз предлагал ей переехать к нему, но слышал в ответ: «Милый, мне же нужно иметь свое гнездышко, чтобы время от времени почистить перышки».
Ну и ладно, чего уж придираться. Все равно большую часть времени они проводили вместе. Разлучались только на время работы и когда Наташа посещала уроки танцев. Она танцевала, чтобы поддерживать форму. Спортзалы ей были не по душе, а танцевать нравилось.
В этом сладком раю они пробыли несколько месяцев, но ничто не вечно под луной, и вот настал тот роковой день, когда она сказала…
– Здесь нельзя курить, господин!
Сквозь пелену мыслей Андрей ощутил чье-то дыхание, явно отдающее табаком.
– Курить можно только в отведенных для этого местах, например, в кафе или баре, – продолжил неприятный низкий голос.
