Он закрыл глаза и попытался разобраться в хаотичной агонии мыслей, не давая дурному зацепиться за живое и пробудить несущие негатив идеи, следуя той же технике, что и прежде. Несколько минут – и вновь перед ним та же улица, только с убавленным контрастом. Диапазон яркости стал куда более умеренным и приемлемым. Пальцы, пробежавшись по подбородку, ощутили легкое покалывание щетины. Это всего лишь за пару часов?! Он прекрасно помнил, что совсем недавно умывался в торговом центре, и его лицо было гладко выбритым, оно было как… как… стекло витрины, в которую он смотрел.
Снова сделав разворот на 180 градусов, Андрей посмотрел на витрину и совсем не удивился тому, что там увидел, – ведь эта улица и этот магазин были ему очень хорошо знакомы. На стенде за стеклом красовались большие модели самолетов и яхт. У Андрея на губах заиграла дурацкая улыбка, ему почему-то стало вдруг весело и беззаботно, в мыслях посветлело. Но улыбка так же быстро сползла с лица угрюмой змеей и снова спряталась в недоступных недрах разума. Реальность была горькой.
Вспомнив наконец, куда и зачем он идет, отбросив второстепенные мысли, Андрей целеустремленно зашагал по асфальту. Спустя несколько минут он увидел вывеску: два силуэта, мужской и женский, слились в парном танце. В больших окнах над вывеской мелькали тени. Сейчас, кажется, умелые партнеры вели своих партнерш в страстном аргентинском танго нуэво. Раньше, когда город начинал тонуть в ночи, Андрей приходил сюда и наблюдал за окнами, в надежде увидеть Наташу. Он с предвкушением ждал их встречи, и каждый раз, когда урок заканчивался, мчался по ступенькам, чтобы побыстрее обнять ее и поцеловать. В мыслях было только это желание: обнять и поцеловать. Но сейчас Андрей ощущал скорее тревогу, чем радость. Инстинктивно он чувствовал, что Наташи сегодня там нет.
Был только один способ убедиться в этом.
Поднявшись по ступеням, он отворил дверь и вошел. В ноздри ударил запах резины и сладкого пота. До этого он бывал здесь много раз, но никогда не чувствовал запахи так резко. Андрей осмотрелся и вздрогнул. Зал был пуст – ни одной живой души, да и свет не горел. Хотя он мог поклясться, что только что с улицы видел свет в окнах и мелькающие фигуры танцоров. Может, переутомился? – ведь он еле держался на ногах. Но главное даже не это. Стало очевидно, что Наташа солгала, не было у нее сегодня никаких танцев!
– Извините, мистер, но у нас закрыто.
Вздрогнув, Андрей обернулся и увидел секьюрити за спиной. Мужчина в возрасте, облаченный в синюю форму со звездой на плече и надписью
– Сегодня нет уроков танцев. Здесь до этого проводился закрытый конкурс по джиу-джитсу, но уже все разошлись… Вы кого-то ищете?
Некоторое время Андрей смотрел сквозь «синего» охранника, потом лаконично вымолвил:
– Искал.
И больше ни слова.
Ему хотелось поскорее выйти на улицу, чтобы свежим воздухом заглушить соленую горечь. Наташи там не было, как он и предполагал. И именно этого он опасался.
Не собираясь больше гадать, Андрей быстро набрал на телефоне знакомую комбинацию цифр и после нескольких гудков услышал ее голос:
– Да… Слушаю.
– Это я, привет, и не клади трубку, пожалуйста.
– Ах, Беляев, это опять ты! Зачем же номер скрывать?
– Я хотел, чтобы ты ответила, вот и все!
Он не любил, когда она называла его Беляевым, слишком официально звучало.
– Ты меня обманула, сказала, что будешь на танцах, а сегодня нет уроков.
– Ну и что? Почему я должна перед тобой отчитываться, неужели тебе непонятно, что я не хочу сейчас с тобой встречаться? Не понимаешь? Неужели не ясно, что я не хочу тебя видеть?
Андрею было больно это слышать, но ярость вытеснила боль.
– Как ты можешь так говорить?! – почти закричал он.
– Ага, вот… вот видишь, пробуждается тот самый, кого я не разглядела раньше.
Андрей опешил:
– О чем ты?
– Сам знаешь, не нужно прикидываться дурачком.
– Я… я на самом деле не понимаю, о чем ты.
– Ах, он не понимает! Очень выгодно!
– Послушай, я реально не въезжаю, на что ты намекаешь. Ты все время играешь со мной, не говоришь прямо, на чистоту. Просто исчезла вдруг, перестала отвечать на мои звонки, сообщения… Куда-то запропастилась, и мы… мы перестали встречаться, без всяких причин…
– Без причин?
– Да, Наташа, так вот, послушай…
– Нет! – резко прервала она. – Это ты послушай! Есть веская причина, но ты почему-то ее отвергаешь, делаешь вид, что не понимаешь, отрицаешь содеянное, как и тогда, когда ты… когда…
Андрей похолодел от ужаса.
– О чем ты? Я… я на самом деле не понимаю, о чем ты говоришь.
– Ты не помнишь, что произошло?
– Нет… не помню, – ответил он, глотая тяжелую слюну.
В ответ – тихое рыдание.
– Наташа!
– Прощай…
Разговор оборвал резкий гудок.
