В том же Петрограде с 25 декабря 1919 года уголовный розыск возглавил боевик-анархист, балтийский матрос Владимир Кишкин. Он принимал личное участие в задержании особо опасных преступников, в разгромах банд. Таких вооруженных схваток у него было более ста. В одной из схваток с бандитами он был ранен и потерял правый глаз, но такой вид еще больше устрашал уголовников. Агент уголовного розыска тех лет И.В. Бодунов вспоминает: «О его необычайной храбрости по городу и губернии ходили легенды. Он был худощав, на правом глазу черная повязка. Неизвестно, спал ли он когда-нибудь. У него не было ни семьи, ни дома. Жил он одними только делами, мыслями о революции и действиями. Ничего не боялся. Зато как же боялись его! Его бесстрашие действовало гипнотически. Налетчикам, бандитам, ворам и убийцам казалось, что пуля его не берет. Может быть, потому, что верили – попасть в Кишкина невозможно, промахивались лучшие стрелки из главарей шаек, такие, как Белка, Чугун, Ванька Сибиряк, Дрозд и др. А он, во весь рост, размахивая браунингом, вел на их убежища оперативных сотрудников, и легендарная его слава, его бесстрашие подавляли преступников, сеяли среди них панику, лишали надежды на спасение» (М. Скрябин, И. Савченко. «Непримиримость»).
Но вернемся к Котовскому. В мае 1917 года Котовского условно освобождают и направляют в армию на Румынский фронт. Там он становится членом полкового комитета 136-го Таганрогского пехотного полка. В ноябре 1917-го примыкает к левым эсерам, избирается членом комитета 6-й армии.
С 1918 по 1920 годы – в подполье в Одессе, где снова принимается за «старое»: грабежи – только теперь с «идейным уклоном». Грабит белых офицеров, интервентов. Крутит романы (например, с актрисой Верой Холодной).
Вопреки официальной советской историографии, Котовский никогда не вел полноценных армейских боев. Удел его воинской активности – это борьба с бандами (например, с махновцами) и карательные операции против восставших крестьян (антоновцев). Советская власть поступала мудро: использовала Котовского там, где он был первоклассным специалистом. Верх его начальственной карьеры – должность командира 2-го кавалерийского корпуса, но уже после окончания Гражданской войны (октябрь 1922-го). Котовский награждается орденом Красного Знамени и «почетным революционным оружием» за «борьбу с восставшим народом». Еще два ордена Красного Знамени Григорий Иванович получает за «победы» над повстанцами Украины.
Зато после окончания Гражданской войны Котовский блестяще проявил себя еще на одном поприще – «частно-государственном партнерстве силовиков». Тут тоже можно говорить, что он был одним из тех людей, кто заложил Систему самофинансирования силовиков, дожившую до наших дней (и даже усилившуюся сегодня). Например, в 1930-е годы сотрудники ОГПУ и НКВД, армии и милиции «назначали» подпольных бизнесменов, ворочавших миллионами. «Бизнесмены» большую часть доходов отстегивали «крыше». А в 1920-е силовики и вовсе официально получали процент от своей деятельности. Так, в 1922 году сотрудникам уголовного розыска установили «сдельщину» – агентам угро стали выплачивать отчисления от стоимости разысканного имущества: правительственных и кооперативных учреждений и предприятий – 10%, частных лиц – 15%. Особо энергичные зарабатывали в органах до 6-8 тысяч рублей серебром в месяц. Но это тема для отдельной статьи.
Котовского назначают служить в Умань. И там он берет в аренду сахарные заводы, обещая снабжать сахаром Красную Армию. Затем Котовский берет под контроль торговлю мясом. При 2-м корпусе было создано военно-потребительское общество с подсобными хозяйствами и швейными цехами.
Еще один «бизнес» Котовского – это отлов бродячих собак, расплодившихся в Гражданскую войну. Фактически он стал монополистом в этом деле на территории Украины. Солдаты его корпуса вместо службы в части разъезжали по селам и городам и забивали собак. В одном только 1924 году заводы Котовского в Умани переработали 60 тысяч собак. Из них изготавливали мыло, а выделанные шкуры шли на шапки и прочую «галантерею».
«Котовский создал и контролировал мельницы в 23 селах. Он организует переработку старого солдатского обмундирования в шерстяное сырье. Были подписаны выгодные договоры с льняной и хлопчатобумажной фабриками. Солдатский бесплатный труд использовался на заготовке сена и уборке сахарной свеклы, которая отправлялась на сахарные заводы конного корпуса, что в год вырабатывали до 300 тысяч пудов сахара. При дивизиях имелись совхозы, пивоварни, мясные магазины. Хмель, который выращивался на полях Котовского в совхозе „Рея“ (подсобное хозяйство 13-го кавалерийского полка), покупали купцы из Чехословакии на 1,5 млн золотых рублей в год», – пишет один из биографов Котовского.
Одна из версий гибели Котовского как раз связана с его бизнесом. Якобы его убийца Мейер Зайдер застрелил Котовского, не поделив гешефт.
