Через четверть часа, когда Вивьен вновь спустилась в торговый зал, Лари уже знала, кто это был и что случилось.
— Это господин Полбти, — прошептала Лари, распластавшись по прилавку, чтобы оказаться как можно ближе к застывшей по другую его сторону Вивьен. В магазине было несколько посетительниц, и они нуждались во внимании работниц, но Анита все еще приходила в себя на кухне второго этажа, а Вивьен с интересом склонилась ближе к Лари. Посетительницы на некоторое время были предоставлены сами себе. — Говорят, он был владельцем магазина мелочей в торговой галерее, но два дня назад его забрала полиция. С тех пор его никто не видел, а сегодня утром его магазин закрылся. Все товары вывезла полиция. Он брал заем у братьев Брукс… А вы понимаете, что это значит.
Вивьен кивнула. Каждый, кто открывал свое дело или только планировал это сделать, против воли был знаком с братьями Брукс — весьма сомнительной конторкой. Они, в отличие от банка, не требовали от заемщика ничего, кроме расписки, но давали деньги под грабительские проценты. Честные или просто здравомыслящие дельцы их услугами не пользовались.
Но господину Полбти не повезло…
— Графиня Шакпи написала жалобу на его магазин, — от восторга глаза Лари сияли, из бледно-серых став искристо-голубыми. Она с удовольствием пересказывала то, что успела узнать у знакомых сплетниц, сбежавшихся в магазин, как только Полбти забрала полиция. Лари рассказала им, что произошло, в ответ получив невероятную информацию. — А комиссар Келлер лично следил за этим делом. Поговаривают, что это потому, что графиня ему симпатична. К сожалению, у нее уже есть жених, но он всего лишь барон, куда ему тягаться с герцогом, верно? Некоторые считают, в скором времени будет объявлено о разрыве их помолвки. И заключении новой…
— Как же у нас вышло так неожиданно от господина Полбти перейти к личной жизни графини? — с улыбкой спросила Вивьен.
Лари смущенно потупилась.
— Видите в чем дело, мисс, есть еще и те, кто уверен, что новости о новой помолвке действительно будут, но они считают, что герцог сделает предложение вам.
— Что?!
Вивьен представила, какие проблемы могут вызвать эти слухи. Мэделин будет в бешенстве, но хуже всего то, что она непременно придет и поделится своим недовольством. Очень громко и экспрессивно.
Лари извлекла из-под столешницы свежий выпуск газеты и протянула Вивьен. Это был не сплетник и не какая-то дешевая ежедневная газета на несколько страниц. Лари достала еженедельный «Вестник», и раскрыт он был на развороте светских хроник.
Только «Вестник» мог позволить себе публиковать не зарисовки, а настоящие, довольно дорогостоящие фотографии. Не самого лучшего качества и в основном размытые… Однако на снимке, который Лари показала Вивьен, можно было отлично рассмотреть двух человек. Кто-то заснял их в тот момент, как Адриан и Вивьен покидали ресторацию после обеда и собирались вернуться в разваливающийся дом Грэма.
— В статье нет моего имени, — заметила Вивьен с облегчением.
Что было неудивительно: герцог Келлер являлся известной личностью, в отличие от хозяйки маленького парфюмерного магазина, открывшегося около года назад.
— Долго это не продлится, — рассудительно заметила Лари. — Рано или поздно вас узнают, и тогда всем станет ясно, кто является безымянной невестой герцога.
Вивьен передернула плечами. Она предпочитала мыслить позитивно и пообещала себе больше не попадать в опасные ситуации — то есть полностью исключить встречи с герцогом из своих планов на день. Хотя бы на время, пока шумиха не уляжется. Потому что от идеи рискнуть своим именем и создать духи совместно с Мэделин, в обмен на поддержку герцога Келлера в деле о передаче опеки, она так и не отказалась.
Но Вивьен не учла главного: был человек, который сумел узнать ее даже на такой нечеткой, черно-белой фотографии…
Мэделин ворвалась в торговый зал магазина «Флакон» после обеда. Пылая праведным негодованием и желая спасти дорогого дядю от возмутительно наглой особы, которая мало того, что открыла парфюмерный магазин на той же самой улице, на которой уже был открыт магазин Мэделин, но еще и отказалась от совместной работы.
От неизбежного разоблачения Вивьен спасла лишь импульсивность Мэделин. Девушка часто поступала опрометчиво, предпочитая сначала действовать и только потом думать. Благодаря влиятельной семье и заботливым родственникам ее несдержанность еще ни разу не приносила ей по-настоящему больших проблем.
Это было главной причиной, по которой Вивьен не желала связываться с Мэделин.
Раньше, когда барон еще был жив, род Райт имел определенное влияние в аристократических кругах, но после того, как всем начала заправлять тетушка, ценность фамилии серьезно снизилась. И родственников, на которых Вивьен могла бы положиться, у нее больше не было.
Поэтому она предпочитала избегать лишних проблем.
— Вивьен Райт! — выпалила Мэделин, ворвавшись в торговый зал «Флакона». — Ты ведьма!