Все посетительницы магазина обернулись на шум. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь затихающим перезвоном слишком яростно потревоженного колокольчика на двери.
Вивьен как раз помогала одной леди подобрать духи на рождественский бал и оказалась не готова к такому громкому явлению своей самопровозглашенной соперницы. И Вивьен, и леди сидели на диванчике у окна, в дальней части зала, а перед ними, на круглом столике из стекла и позолоченной стали, были выставлены флаконы с теплыми, цветочными ароматами.
Обреченно прикрыв глаза, Вивьен попыталась справиться с раздражением. Мэделин так давно не заглядывала к ней, что она уже начала забывать, насколько же невыносимой девицей та была.
— Что на этот раз я сделала не так?
Хватая ртом воздух и не в силах вымолвить ни слова от переполнявших ее чувств, Мэделин трясла в воздухе свернутой газетой. Название ее невозможно было разобрать, но Вивьен хватило мгновения, чтобы понять, что произошло.
Свежий выпуск «Вестника» успела прочитать не одна только Лари и сплетницы из соседних заведений. Мэделин газета тоже попала в руки, и, в отличие от остальных, незнакомку рядом со своим дядей она узнала безошибочно. И сейчас во всеуслышанье собиралась обличить ее в связи с герцогом Келлером.
Вивьен сделалось дурно от возможных перспектив.
Конечно, такая горячая новость обязательно приведет в ее магазин новых посетительниц, но также у нее появятся враги в лице тех леди, что безуспешно пытались женить герцога на себе. И никого не будет волновать, что статья ошибочна и она, Вивьен, даже не думала о замужестве…
— Анита! — Вивьен стремительно поднялась, задев столик. Обычно она была крайне осторожной и внимательной — время, проведенное в лаборатории отца, среди множества не самых безопасных реактивов или просто исключительно ценных компонентов, научили ее быть аккуратной. Но сейчас, желая как можно скорее увести Мэделин из торгового зала, она проявила небрежность и лишь чудом успела подхватить покатившийся флакон духов. — Помоги леди с выбором, у меня появилось срочное дело. Расскажи о нашей новинке, она должна как нельзя лучше подойти…
Уже на ходу давая инструкции, Вивьен подошла к Мэделин и, крепко взяв ее за локоть, потащила в кабинет.
А в зале еще некоторое время царила потрясенная тишина. Все свидетельницы развернувшейся сцены осмысливали произошедшее, пока одна из девушек не произнесла:
— Так они действительно враждуют!
Вивьен, затолкав несопротивляющуюся скандалистку в кабинет, плотно прикрыла дверь и, зловеще обернувшись, прошипела:
— Ты что творишь?
— Я? Я! — Мэделин бросила газетой в грудь Вивьен и уперла руки в бока. Поза недостойная благородной леди, но Мэделин нечасто вспоминала о своем знатном происхождении. Случайный человек мог бы ошибочно решить, что на самом деле она дочь торговца. — Что ты сделала с моим дядей? Приворожила? Опоила? Одурманила? Немедленно сделай всё как было! Я этого не потерплю!
— Но зачем мне его привораживать?
— Чтобы женить на себе, разумеется! — Мэделин смотрела на нее с чувством превосходства, уверенная, что обязательно спасет дядю из подлых ведьминских когтей. Потому что только ведьма могла бы всего за год сделать свой магазинчик популярнее магазинчика Мэделин, с которым та возилась уже третий год.
— Подумай сама, если я вдруг выйду замуж за герцога, мы с тобой станем родственницами, — от одной этой перспективы Вивьен бросало в дрожь, — следовательно, будем вынуждены чаще видеться. С чего бы мне желать этого? К тому же, герцог всего второй в списке завидных женихов, если бы я и решила кого-то приворожить, то это был бы принц.
— Тебе до него не добраться!
— Это ты так думаешь. Возможность всегда найдется.
— Ну да, — грустно вздохнула Мэделин, — ты совершенно лишена совести.
Она отошла к диванчикам и тяжело рухнула на один из них. Принюхалась, только сейчас заметив, что воздух был наполнен легким цветочным ароматом. Едва уловимым и приятным.
— Бесчестная ведьма.
Вивьен неосознанно потянулась пальцами к левому виску, предчувствуя скорую мигрень. Исходом каждой беседы с этой несдержанной в словах и проявлениях эмоций барышней была головная боль.
— Я уверена, что веду дела честно и справедливо, поэтому твои слова — оскорбительная клевета. — Она заняла место напротив Мэделин. Угощать ее чаем Вивьен не собиралась и лишь надеялась, что незваная гостья скоро уйдет.
— Ты подкупала благородных леди! — выпалила Мэделин, непроизвольно подавшись вперед. Она до сих пор не смогла смириться с некоторыми уловками, которые использовала Вивьен, чтобы привлечь внимание к своему магазину.
— Всего лишь небольшие сувениры. Едва ли ароматные саше можно считать достойной валютой для подкупа.
— Еще хуже! Раздавала жалкие подачки благородным леди.
— Однако, насколько помню, всем пришлись по вкусу эти сувениры. И никто не чувствовал себя оскорбленным.
— А плакаты? Это так унизительно, развешивать везде эти нелепые рекламные плакаты. Таким занимаются только всякие дельцы. Аристократам не пристало так вульгарно о себе заявлять.