Снова свет, снова потоки. Я ухватилась за один из них. Закрутила его, и он, словно поняв моё намерение, подчинился. Возникла воронка, маленькая, она вращалась с немыслимой скоростью. Я вытянула руку вперёд и вызвала нужный ключ. Воронка немедленно раскрылась, и я шагнула в неё. Всё замерло. Вcё затихло. Потоки шли, словно огибая меня, а я была в точке отсчёта. Я чувствовала, что Армарах помогает мне, и вызвала ключ, который решила сделать ключом своего мира. «Паргелион!» — скомандовала я.
И снова помчалась вперёд, не разбирая пути. Мне так хотелось лететь, закручиваться в вихрях, растворяться в потоках. А всё, что было, уходило, теряло очертания, оставалось где-то за горизонтом времён. Были только я и моя сила, она несла меня вперёд, к неведомым мирам. Я стала птицей, распахнувшей крылья, летящей сквозь метель к свету, родившейся лишь только для того, чтобы быть свободной.
В дверь ворвались без стука.
— Мы требуем, чтобы вы всё рассказали. Мы хотим знать!
— Да! Мы хотим знать!
Келер вздохнул и жестом пригласил их войти. Ведь он отлично понимал, что когда на тебя спускается лавина, даже если до этого ты сделал всё, чтобы этого не произошло, то лучше не пытаться остановить её, иначе она сметёт тебя с лица земли. Он глянул на Айвиса, который появился из-за двери лаборатории, и молча кивнул ему. И подумал, что зря не поставил новую защиту на вход в это крыло.
С тех пор, как Гесса совершила то, к чему они шли сорок лет, если не больше, прошло совсем немного времени. Но произошедшее изменило всё, как она и предрекала. Её они потеряли — физическое тело не выдержало такой нагрузки, как, вероятно, и психика. А что обрели?
Девчонка ушла через Паргелион, и почти никто не верил, что она вернётся. Потому, когда несколько дней назад Паргелион снова открылся и оттуда вышла она, это всколыхнуло Кайро. То, во что они верили, чего добивались, возможно.
Девчонка стала другой. Это Келер понял не только по её одежде и телу, покрытому неизвестной ему символикой. Что-то ещё изменилось. И сейчас, когда он смотрел на Дару здесь, в дверях своего кабинета, он тоже это чувствовал. Только знаки с её кожи исчезли.
Вернулась она три дня назад. Он велел не спускать с неё глаз и ни за что не выпускать её за пределы Кайро, но, как ему говорили, она не стремилась уйти. Она нужна ему. Им всем. Потому что способна запустить Паргелион и, мало того, способна вернуться с той стороны.
Но изменилась не только девчонка. Паргелион замолчал. Она что-то сделала с ним, и теперь Келер не отпустит её, пока она не расскажет, что с ней было и что она натворила. Правда… решать не только ему.
Дара вернулась одна, все остальные, как она утверждала, погибли в Лимбо. Но его это не слишком заботило. Неизбежные жертвы, только и всего.
И вот теперь двадцать человек разом ввалились в его кабинет, требуя ответов. Их глаза горят, и больше всего у той, с глазами василиска. Значит, надо дать им ответы. Ведь теперь это уже ничего не изменит.
Магик провёл рукой по белым волосам, убирая их назад, опустился в кресло и посмотрел Лизе прямо в глаза.
— Знать что?
— Зачем вы создали Кайро? То есть создали его не вы, верно? Зачем вы собираете нас здесь? Зачем ведёте записи?
— Для защиты? Это чушь! Мы устали от вашей лжи.
— Мы устали!
— Говорите, — продолжила Дара за них всех, спокойно, без трепета посмотрев Келеру прямо в глаза. — Говорите с самого начала.
Что только стало с тем испуганным загнанным зверьком, который прибился к ним год назад?
— Паргелион был построен очень давно. Как вы уже наверняка знаете сами. Это был один из самых передовых научных центров в мире. Здесь, в этих стенах, творилось будущее. Генная инженерия, изучение свойств и возможностей Вещества в разных аспектах. И, конечно, величайшее их творение — установка. Она могла бы — и может — стать не только аппаратом, создающим искусственную воронку, но и бесконечной потенцией всего, бесконечным источником энергии, с помощью которой можно создать всё что угодно. После Катастрофы запускающий кристалл был уничтожен, и не нашлось никакой возможности разыскать его и продолжить работу. Но мы решили пойти другим путём.
Никто не перебивал магика, все молча слушали, как слушают страшные тайны, которые хранились много лет и которым пришло время выйти на свет.
— Нас было пятеро, и у нас появилась мечта: создать реальность, которая будет принципиально отличаться от того, что происходило в мире тогда, и от того, что происходит сейчас. Вы молоды, и вы не видели мир до. И так больно было нам смотреть, как мечты о прогрессе, о новых открытиях, о перемещениях сквозь пространства привели мир в такое состояние. Мы хотели исправить то, что сделали учёные, то, что натворили магики. Мы хотели разработать алгоритм, который позволит сосуществовать вместе.
— Потому вы решили устроить пристанище для обездоленных сиобов? — решилась перебить его Лиза.
— И поэтому тоже. Но ты сама отвечаешь на свой вопрос — мы спасали вас.
— Но ведь не только это, правда?
