Правда, эти запасы не давали ему двигаться. Не давали хотя бы доползти до воды. А вот как раз пить император хотел все сильнее. Во рту было сухо, как в пустыне, и даже плакать не получалось.
Чеболдай с ненавистью смотрел на свои руки. Толстые, как бревна, ужасно тяжелые. Смерил ненавидящим взглядом громадный живот, не дающий даже шевельнуться.
- По-своему это забавно... – произнес охрипший император. – Мы похожи на бочку, но умрем от жажды...
И снова отрубился.
На этот раз ему приснился странный сон. Чеболдай Второй будто плавал в тумане, а из него выступил некто, очень на него похожий... только без единой жиринки. Император словно смотрел в кривое зеркало... или на очень льстивый портрет.
Туман частично рассеялся, и Чеболдай Второй увидел теперь самого себя. Лежащего в засохшей крови и нечистотах, окруженного разбитой мебелью и трупами. Исполинскую нелепую тушу.
Несколько секунд видение смотрело на него с бешенством и отвращением. Но потом его лицо разгладилось. Он приблизился так, что лбы почти соприкоснулись, и с горечью произнес:
-
В этот момент Чеболдай Второй очнулся. Перед глазами все еще стояло лицо Чеболдая Первого, далекого великого предка... боги, какой же это был натуральный сон...
И к тому же... он услышал какой-то шелест. С трудом повернув голову, император увидел распахнутое окно... и в него лился дождь!.. Снаружи дул сильный ветер, створки бились о стены, а внутрь хлестал косой ливень!..
Лужа натекла уже порядочная. Это была вода. Грязная, но вода.
Чеболдай страшно застонал. Он три дня ничего не ел и живот немного опал. Прежде он всегда был налитой, как барабан, а теперь чуточку провис.
И этого оказалось достаточно, чтобы пошевелиться. Не веря себе, Чеболдай сдвинулся с места, приподнял руку... и перевернулся на другой бок.
Самостоятельно! Без чьей-либо помощи он сумел перевернуться!
Мучительная жажда и страх смерти придали ему сил. Император приложил еще одно немыслимое усилие – и перекатился снова. Еще всего четыре или пять раз – и он доберется до лужи, до воды!
Доберется до жизни.
Это было паргоронски трудно. Между каждыми переворотами он отдыхал – но не слишком долго. Как только дождь закончится, лужа начнет высыхать. Вода испарится. Впитается в деревянный пол.
Мысль об этом придала Чеболдаю сил – и он перевернулся в последний раз. Удачно. Лицом вниз, прямо к краю лужи.
Это была грязная дождевая вода. Но ни один напиток еще не пил император с таким наслаждением. Никакое вино алхимиков не могло сравниться с этим жизненным эликсиром.
- Уф!.. – выдохнул Чеболдай, напившись вволю.
Он уже и припомнить не мог, когда в последний раз так много двигался. В последний раз он ходил собственными ногами... года два назад?.. да, около того. А в последний раз самостоятельно переворачивался на другой бок... кажется, полгода тому.
От этой мысли он пришел в ужас. Это ведь совсем недавно. Только в прошлом году ему не требовалась чародейная рогулька, чтобы есть. Только два года назад он ходил без паланкина. Только три года назад он сам поднимался по лестницам.
Как и почему он пришел к нынешнему положению?
И что еще важнее: если он настолько запустил себя... насколько же он запустил страну?
От этой мысли он пришел в еще больший ужас. Лежа на грязном полу, Чеболдай Второй вспоминал свое царствование – все шесть лет, год за годом... и все сильнее расстраивался. Он как начал с первого дня праздновать, так и не останавливался.
Нет, поначалу он еще пытался что-то делать, как-то заниматься государственными делами. Но ему было всего четырнадцать, так что канцлер и другие царедворцы деликатно брали большую часть забот на себя. Ему же оставался бесконечный отдых, развлечения и время от времени – шлепанье печатью по указам.
