Чеболдай торопился в столицу. Но он не просто так завернул в эту деревню. Он не хотел являться в Грандтаун с полусотней мародеров и двумя десятками големов – он собирался прибыть туда во главе... народа. Собрать если не войско, то хотя бы большую толпу, которую невозможно будет игнорировать.
А в таком деле нужно с чего-то начинать.
И Чеболдай любезно принял приглашение. Хоть и почти свергнутый, хоть и мало кем любимый, он оставался императором. И видя его за своим столом, крестьяне были несказанно польщены. Вряд ли у них еще когда-нибудь был настолько важный гость.
Правда, с императором за столы уселась и вся его свита – и вот это уже мало кого порадовало. Но потеснились, поделились пивом. Кое у кого из лесных разбойников в Суматошье нашлись знакомые и даже родня... родня, которая разинула рты, узнав, что их непутевые дядьки и кузены теперь полноценные дворяне и рыцари.
В конце концов, большинство разбойников – это просто люди, у которых трудные времена. Да и эта шайка промышляла в основном браконьерством, на большак выходили редко.
- За возвращение императора! – выкрикивали крестьяне и дворяне. – Слава Чеболдаю!
А пока они возглашали здравицы, пока произносили тост за тостом, сам Чеболдай вполголоса беседовал со старостой, лавочником, корчмарем и деревенским жрецом. Те ужасно гордились оказанным им вниманием и охотно делились последними новостями. Изрядную их часть император уже слышал от мародеров-придворных, но те все-таки тоже жили в лесу, так что знали меньше, чем деревенские.
- Ходят слухи в народе, что империю собираются разделить на части, - важно произнес староста. Успокоившись и опрокинув пару стаканчиков, он перестал путаться в словах.
- Это чистая правда, - подтвердил корчмарь. – Но тс-с, если такие слухи повторять, то и на виселицу угодить можно.
- Еще в народе ходят слухи, что из океана вышли цанцеры, - добавил староста.
- И это чистая правда, - подтвердил корчмарь. – Снова зарятся на северное побережье, панцирные. Только про это говорить тоже нельзя.
- А еще в народе ходят слухи... – чуть промедлил староста. – Как бы это, значит... ходят слухи, что истинный император скрывается в народе, но до поры себя не объявляет, однако вскоре объявится и всех рассудит по справедливости...
Этого корчмарь не подтвердил, а только жадно уставился на Чеболдая. Лавочник и жрец тоже затаили дыхание.
- Скрываться в народе нам было бы непросто, - вздохнул Чеболдай. – Но рассудить всех по справедливости мы намереваемся как можно скорее. И для этого, народ наш, нам нужна твоя помощь...
Когда на следующее утро император отправился дальше, его свита была вдвое многочисленней. Почти семьдесят жителей Суматошья присоединились к этому походу за возвращение трона. Бывшие солдаты, бобыли, батраки, беженцы из других мест. Многие решили своими глазами посмотреть на грядущие события.
На Чеболдая по-прежнему глядели без особой любви. Последний год был тяжелым, из-за голода, болезней и внутренних войн многие потеряли близких. Какая-то вдова даже плюнула в сторону императора, когда тот проходил мимо ее хаты – и Чеболдай сделал вид, что ничего не заметил.
Но во взглядах все-таки теплилась и надежда. Большинство бед начались или разгорелись в полную силу после исчезновения императора. И теперь, когда он вернулся... еще хуже-то вряд ли станет, верно?
- Что-то мне кажется, что в столице наше появление воспримут без энтузиазма, - пробормотала Травма, глядя на эту толпу голытьбы.
- Скажи-ка нам, дорогой староста, а расквартированы ли где поблизости постоянные воинские формирования? – спросил Чеболдай, не обращая внимания на слова своей... статс-дамы?.. Он пока не решил, каким титулом пожаловать гартазианку.
- Э?.. – нахмурился староста. – Чавой?..
- Солдаты где стоят?
- А, ну это там же, где и обычно, - оживился старик. – Вон тама Четвертый легион стоит.
- Превосходно. А не знаешь ли, кто сейчас его возглавляет?
- Чаго не знаю, того не знаю... эй, Литька, ты ж вроде из Четвертого дезертировал?! Кто у вас там ща воевода?!
Чеболдай вздохнул. Он окружен разбойниками, дезертирами и гоблинами. Блистательное возвращение в столицу.
С другой стороны – а кто он сам такой? Разжиревший до безобразия носитель короны, правивший страной шесть лет и не сделавший за это время ничего путного. Судьба дала ему второй шанс, так что нечего рыло воротить. Другого народа у него нет.
Подбежавший безусый паренек с готовностью ответил, что воеводой в Четвертом легионе сейчас его превосходительство Мо. Дед он строгий, на батоги щедрый, но понапрасну солдата лупить не велит, зато за воровство сразу вешает.
- А далеко ли они стоят? – спросил Чеболдай.
- Да не, к вечеру дойдем! – оживленно закивал Литька. – Вашлиство, а мне ж теперь амнистия выйдет, да?
- Всем выйдет, кто своего императора в трудный час не оставил, - пообещал Чеболдай. – Но путь неблизкий... что, добрый староста, не сыщется ли у тебя для нас коня покрепче?
Староста с сомнением окинул взглядом фигуру Чеболдая. Даже немного похудев, тот оставался настоящим человеком-горой. Просто жир частично перетопился в мускулы.
