- Это не значит, что я люблю это прозвище, - потряс ногой без копыта Клюзерштатен. – Оно было лучшим из того, что мне предложили, конечно... о, и Темный Властелин здесь. Как там ваш мирок? Давно я там не бывал что-то, может, снова навестить?
- Будем рады, - осклабился Бельзедор. – Заглядывай в любое время.
Дегатти смолчал. Он знал, насколько непредсказуем и коварен Клюзерштатен. К счастью, в «Соелу» тот сегодня не задержался – опрокинул еще стаканчик, обменялся еще парой колкостей с Янгфанхофеном, да и был таков.
- Что ж, давайте я расскажу историю про Клюзерштатена, - с явным удовольствием произнес Янгфанхофен. – Как раз вспомнилась одна старая, из тех времен, когда он посещал ваш Парифат...
- Он тогда уже был демолордом? – спросил Бельзедор.
- Нет, это было очень давно, когда он был еще обыкновенным гохерримом-полукровкой.
- Но он тоже в конце станет демолордом? Как Бракиозор, Гаштардарон и Корграхадраэд?
- Кто знает...
- Значит, станет, - подытожил Бельзедор.
- А я думаю, что нет, - вмешался Дегатти. – В четвертый раз заканчивать так историю... ну это уже чересчур.
- Станет-станет. Янгфанхофен любит шаблоны. И ему нравится рассказывать, как гохерримы приходят к успеху.
- Я заметил. Но все-таки в четвертый раз...
- Побьемся об заклад?
- А давай! – загорелся Дегатти.
- Совершенно незачем спорить о таких вещах, - почему-то обиделся Янгфанхофен. – Хорошо, я скажу сразу – не станет он демолордом. Не в этот раз. Эта история совсем о другом, а называется она... хм... «Демон и дева».
- Клише! Боги, какое клише! – тут же перебил Бельзедор. – И этот брехун обещал мне веселую историю! Ты опять начнешь задвигать что-то о романтической влюбленности, верно?
- Нет, - недобро покосился на него Янгфанхофен. – Эта история совсем о другом... хотя ладно, влюбленность там тоже будет. В некотором смысле.
Был четвертый полуночный час, когда на бульвар мягко скользнул демон. Он спустился по тайному каналу – одной из множества прорех в Кромке, через которые обычно лазят духи и мелкие демоны.
Хотя Клюзерштатен не был мелким. Пусть его выгнали из легиона – он все равно гохеррим. Третье сословие, аристократ, белая кость.
И сегодня ему пришло настроение пошалить.
Середина полуночных часов – лучшее время для нечистой силы. В это время стоит тишина – почти никто не молится, все спят. Демоны любят повторять, что на самом деле им безразличны храмы смертных, безразличны их молитвы – но вообще-то это не совсем так. Светлая ба-хионь, благодатная эманация чистых сердечных порывов, любому нормальному демону неприятна. Сильного вреда не причинит, но раздражает, как скрип пальцем по стеклу.
Клюзерштатен как раз прошел мимо храма Грандиды. Массивного и внушительного, как сама богиня плотников и каменщиков. В окнах было темно – жрецы Великанши тоже спят.
Возможно, в другое время Клюзерштатен забрался бы внутрь и устроил кавардак. Его всегда забавляли мелкие пакости и веселые розыгрыши. За это полукровку и не любили другие гохерримы – не любили настолько, что все время переводили из легиона в легион. Клюзерштатен побывал в Одиннадцатом, Первом, Девятом, Четырнадцатом, Двадцатом, Восьмом... в Восьмом он задержался дольше, чем в других, и даже стал лучшим другом самого Гаштардарона... да, хорошие были времена...
Нет, неохота. Клюзерштатен равнодушно прошел мимо храма. Скрытый тенями, невидимый для смертных, он шагал по ночному Парифагену, ища способ развеять сплин.
Хандра, тоска и скука. Вечные спутники бессмертных. Клюзерштатен был не слишком и стар по меркам демонов, ему едва перевалило за четыре тысячи лет, но он слишком активно веселился, слишком спешил перепробовать все развлечения – и теперь ему все труднее становилось найти новое. Он еще не дошел до таких причудливых изысков, как Гариадолл, но уже начал перебирать, уже не радовался обычным простым шалостям.
Но в этом городе что-то интересное точно найдется. По меркам смертных он просто громадный. Четыреста лет назад здесь обосновался орден Парифата, который спустя еще сотню лет превратился в Парифатскую республику – а она с тех пор только росла и набирала мощь. Сейчас ей полностью принадлежат целых семь континентов – и границы расширяются быстрее чумы. Только Империя Крови все еще противостоит Парифату.
Здесь Клюзерштатену приходилось быть настороже. Этот мир, Житница, когда-то был законными угодьями Паргорона, но с тех пор минули тысячи лет. Сейчас тут хозяйничают сами смертные – и среди них уйма волшебников. О, большинство их не помеха высшему демону, но от некоторых лучше все же держаться подальше.
Вот от этого, например. Сидит на лавке, книжку читает. Что он тут делает посреди ночи, бородатый ублюдок? То ли просто старческая бессонница, то ли худое что задумал.
Проходя мимо, Клюзерштатен с надеждой вперился в ауру. Ему хотелось увидеть грешника.
