К счастью, Роуз не только осталась, но и обрадовалась, услышав ее просьбу, а затем сказала, что с удовольствием ее выполнит.
Выходя с ней под ручку, Валери с наслаждением предвкушала, как “обрадуется” Говард, когда поймет, что дурнушка его снова обломала. Он ничего не сможет поделать, а все его угрозы превратятся в пустой звук. Пока он будет кусать себе локти, она преспокойненько продолжит путь в Лондон.
- Ваша Светлость, мы может отправляться? - обратился к Говарду кучер.
- Ты не видишь, что мисс Вудс пока не заняла своего места? - с раздражением накинулся он на мужчину. - Нам необходимо дождаться ее возвращения.
- Простите, - немного сконфузившись, отозвался кучер, - но мисс Вудс присоединилась к мисс Роуз Джипси, и намеревается продолжить путь в ее экипаже. Они вместе сели в карету.
- Что?! - взорвался Говард. - Почему меня никто не предупредил?!
- Но… Но…
Заикающегося кучера перебила Саманта.
- Наверно Валери стало жалко эту женщину. Мы все тут так весело проводим время, а она там совершенно одна. Валери всегда была чутка к нуждам других, даже к тем, кто этого не заслуживает.
Саманта бросила многозначительный взгляд на Брендона, на что получила недовольное фырканье и закатанные глаза.
- Да, к некоторым она слишком чутка, - со злостью процедил сквозь зубы Говард и разрешил кучеру ехать.
Когда карета тронулась, Говард с силой сжал кулаки. Внешне он пытался выглядеть спокойно, и даже равнодушно, но внутри него происходила борьба между злом и… злом. Между злостью к ней и злостью к себе.
Валери Вудс была занозой. Его занозой, которая незаметно пробралась к нему под кожу и теперь нестерпимо мучила его! Она вдавливалась все глубже и глубже и вынуждала думать ни о чем и ни о ком, кроме как о ней. Он не мог выбросить ее из головы и хотел, чтобы она всегда была рядом.
Два дня без нее показались ему вечностью. Он не стал придумывать способы добраться до нее, чтобы своей сдержанностью показать ей насколько был благоразумен. Но без нее он ничего не хотел: ни женщин, ни выпивки, ни развлечений. Все его мысли были с ней, в ее комнате. В ее постели.
Проходившее время играло не на его стороне. Вместо того, чтобы воспользоваться временной свободой и занять себя приятными делами, он ничего не мог делать, а только думать о ней. Представлять его в своих объятиях и на своей постели.
Он упорно убеждал себя, что не скучал по Валери, но любая его мысль возвращалась к ней. К его дурнушке. К этому строптивому воробушку. Ему не хватало ее взгляда, голоса, смеха, и даже хромой походки. Слабость, о которой всю свою жизнь твердил ему отец, взяла над ним верх. Он не мог быть таким слюнтяем, но был им. Он превратился в подкаблучника. В страстного поклонника Валери Вудс!
Ради возможности видеть ее, он отказался от поездки верхом и запихнул себя в карету, в которой ненавидел сидеть, но и тут лишился одного единственного удовольствия - быть в обществе своего чертенка!
Она бросила его! Поменяла на Джипси!
Валери отказала ему во всем - в удовольствии обнимать, целовать, общаться и просто находиться рядом. Она отвергла все его ухаживания и не соблазнилась ни его поцелуями, ни речами. Он говорил ей то, что никому не говорил. Но она безжалостно давала ему отпор, отталкивала и кусалась. Ей доставляло удовольствие измываться над ним!
Она оказалась не похожа ни на одну из знакомым ему женщин!
Все, кого он знал, сдавались быстро и легко. Никто не пренебрегал им, и никому не удавалось заставить его проявлять хоть какие-то эмоции.
Относясь к женщинам с пренебрежением, он забывал их почти сразу как только добивался. В принципе, он и не добивался их никогда. Хватало вялых ухаживаний и почти ничего не значащих знаков внимания. Даже те, кто проявляли гордость, такие как Дебора, только на словах отвергали его, но не на деле. Достаточно было лишь приласкать и очередная девица прыгала к нему в постель.
Но с Валери все было иначе. Как раз на словах она выражала симпатию, но ближе не подпускала. Хотя всего несколько дней назад сама целовала его. Целовала так, что он был готов выполнить любое ее желание, лишь бы не прекращать наслаждение.
Вот и сегодня, накинувшись на нее, был уверен, что она не отвергнет его. Что она соскучилась так же сильно как он. Что хочет его не меньше чем он ее. Их обоюдное желание должно было доставить им удовольствие. Разве может влюбленная девушка не хотеть внимания любимого мужчины? Он-то хотел ее внимания! Но и в этот раз Валери заявила, что то, чем они занимаются, неправильно. До сих пор язык болел от ее зубов. Она укусила его не раздумывая. Жестоко. Без какого-либо сожаления.
Воробушек оказался змеей и волком в одном лице. А еще, хитрой лисой. Она обманула его! Она оставила его жить в сомнении, что он по-прежнему нравился ей.
Вот что ей стоило поцеловать его? Ему бы хватило и невинного поцелуя. Она могла просто прижаться к его губам, и он уже был бы доволен. Но Валери не удостоила его даже такой малости. Она не дала ему ни-че-го! Он так и остался со своим неудовлетворенным желанием. В отличии от того же Брендона.