— Ты всегда опаздываешь, — худые ручки с идеальным маникюром и золотыми браслетами на запястье собственнически расправляют складки на моей белой рубашке, попутно поправляя воротник и треклятый галстук. Надеюсь, она не думает, что это поводок? Потому что порой её основательно заносит. Или же она реально верит в то, что мы пара. Что странно. Я, кажется изначально чётко обозначил границы между нашими отношениями.
— Ничего, не переломятся — подождут. Выпьют на один стакан виски больше.
Тяжёлый вздох.
— Вот только прошу тебя — не груби. Папа с прошлого раза точит на тебя зуб за ту выходку.
Выходка. Ха. Самый ржач в том, что я в тот раз был дико бухой и понятия не имею, про какую выходку идёт речь. Что я делал? Что говорил? Стоп… а может дело как раз в самом факте моего синюшного состояния? Хм… А, ну и хрен с ним. По барабану.
— Не грубить? — усмехаюсь лишь я. — Брось. Разве я умею грубить? Я ведь само очарование.
— Знаю, — меня помечают контрольным поцелуем в губы. Чувствую вкус помады, и он мне совсем не нравится. Да, девица точно забывается. Что за приторные нежности? Увольте. Не надо мне такого дерьма.
— Боже, как трогательно. Я сейчас разрыдаюсь от умиления, — слышу голос по правую руку, вижу Мальвину и… моя челюсть улетает на пол, теряясь под ближайшими занятыми столами, застеленными накрахмаленными скатертями.
Потому что она выглядит просто охуе**о. И это мягко сказано. Чёрный корсет, пышные мини-юбки, колготки в сетку — о таком прикиде мои скромные эротические фантазии даже и помыслить не могли! Лучше бы она выглядела разве что без одежды вовсе…
Все эти дни ребята тренировались на своей площадке в спортивках. Ответственная за тряпки Нина только подготавливала костюмы, которые были окончательно готовы лишь накануне. Я видел его лишь мельком в пакете, больше Праша не дала рассмотреть. Сказала, что будет сюрпризом. И не прогадала. Сюрприз охренеть как удался.
Замечаю на ней Кронверсы, и не сдерживаю улыбки. Кронверсы подарил ей я. При чём пришлось изрядно потрепать себе нервы, чтобы Мальвина их приняла. Тот ещё квест на проверку терпения. Нравная гордячка встала в позу, наотрез отказываясь от "подачек" и средств подкупа, которыми, если дословно: "иди, вон, лучше Леру заваливай".
Доказать, что это бескорыстный жест проще было бы, наверное, ослу. В итоге не выдержав, я психанул, зашвырнул кроссовки куда-то в кусты и ушёл. А на следующий день увидел их на ней на репетициях. Бабы, блин. Вот и надо было устраивать сыр-бор? Сразу нельзя без выпендрёжа?
Не могу оторвать взгляда от Покровской. Словно клеем-моментом приклеило. Рассматриваю каждый миллиметр её тела, обнажённые ключицы, декольте, талию. Она всегда носит свободную одежду, надёжно пряча от всех свои формы, и… бл***, правильно делает. Мне не нужны конкуренты. Хватает этого кретина с тупой кликухой и её придурка парня, который, видимо, полностью отбитый, раз не ценит то, что у него есть.
Слишком долго молчу. И слишком долго разглядываю. Мальвина насмешливо машет мне пальчиками, облачёнными в кружевные перчатки.
— Привет. Отвисай, малыш, — подмигивает она мне. — Представь хоть своей подружке.
— А, да. Это Дарина, — получается максимально пренебрежительно. Чуть ли не с отвращением. Сам это чувствую, но да простительно. Мне не до этого.
— Я его невеста, — уязвлёно вскидывает подбородок та.
— А! Ты блондинка, я так и знала! — хмыкает Праша. Сама непосредственность.
— Что? — а вот "блондинка" в ступоре.
— В смысле: привет, очень приятно познакомиться, — Мальвина ещё и руку тянет для рукопожатия. — Глебушка у тебя такое золотце. Тебе так повезло, так тебя любит. Только о тебе и щебечет, только о тебе.
— Да неужели? — вырывается из нас с ней одновременно. Дарина не дура. И иллюзий ложных не питает, прекрасно зная, что я её не люблю и никогда не буду любить. Что не мешает ей выдумывать в своих фантазиях не бог весть что.
— Ага, — охотно кивает Мальвина. — Денно и нощно. Отвечаю. Готова поклясться зубом мудрости. Тем, который слева внизу. Он, зараза, порой так ноет, так что не жалко.
— Забавно, — Дарина тоже оценивает внешний вид собеседницы, но если я залипаю на фигуре, её больше привлекли старательно накрученные на бигуди волосы. Знаю это, потому что вчера самолично помогал с ними. Я. Крутил бигуди. Кому-либо. Анекдот. — А вот о тебе он никогда не… Хотя, подожди. Дай угадаю, Мальвина?
Пам-пам-пам… Что-то я тушуюсь.
— Она самая.
— А, — невеста скалится в уязвлённом оскале. Ожидаемо. — Ну теперь я понимаю.
Воу-воу. Опасный момент.
— Что понимаешь?
Дарина, надеюсь тебе хватит мозгов промолчать.
— Да нет. Ничего. Это я так…
Хватает. Умница.
Покровская что-то видит за нашими спинами. Своих. Остальные танцоры тоже входят в зал. Условный дресс-код соблюден: все в чёрно-белом. Парни в рубашках, брюках и подтяжках, девчонки в платьях, похожих на её, но всё же разных. Вольт, вы посмотрите какой красавчик в бабочке, беззаботно играет шляпой и жестом даёт сигнал. Пять. Пять минут?
— Ну что ж. Приятно было познакомиться, — тут же начинает торопиться Праша. — Ещё увидимся.
