Во дворце светлого императора нас ждали и сразу же провели в отведенные покои, чтобы мы смогли после перехода поправить прически и немного отдохнуть. Граф Быстров, назначенный главой нашей охраны, лично проверил апартаменты и, не найдя, к чему придраться, остался доволен.
– Не ожидала, – оглядываясь, произнесла княжна Орэна. – Светлые меня удивили. Изысканно, богато и при этом очень сдержанно. Мне нравится.
Граф улыбнулся и провел матушку к креслу, после чего подал ей бокал вина и нарезанное тонкими дольками яблоко. Мы с Изой понимающе переглянулись и уселись на диван, перед которым стоял столик с легкими закусками и напитками. Остальные фрейлины тоже расселись вокруг накрытых к перекусу столиков.
– Нервничаешь? – спросила подруга. У нее слегка подрагивали руки. – Я очень. Но у меня отобрали все зелья, – пожаловалась она. – Даже нечем нервы успокоить.
Граф удивленно посмотрел на целительницу, а потом хмыкнул и, налив в узкий бокал белое вино, протянул Изе.
– Залпом и до дна.
Под моим пораженным взглядом подруга так и сделала.
– Чему вы молодежь учите, ваше сиятельство? – укоризненно произнесла Орэна, но глаза ее при этом смеялись.
– А зачем нам обморочная девица на балу? – спокойно ответил граф и подмигнул Изе. – Зато теперь ей ничего не страшно.
– Даже стать императрицей, – шепнула я.
– Да ну вас! – вспыхнула Изабель и отвернулась к окну.Разговаривать о чем-то серьезном мы остерегались, поэтому в основном болтали о нарядах и новой моде на шляпы с огромными полями. Матушка и ее фрейлины одобряли эти головные зонтики, а мы с Изой соревновались в остроумии, находя все новые и новые возможности для использования этих несуразно огромных головных уборов. Граф деликатно молчал, иногда кривя губы в сдерживаемых смешках.
Через полчаса дверь открылась и в помещение торжественно вошел слуга в золоченой ливрее.
– Вас ожидают! – громогласно возвестил он, для солидности притопнув каблуком.
– Как в империи все странно и… странно, – флегматично произнесла матушка, рассматривая слугу с откровенным недоумением.– Светлые, что с них взять. Граф подал ей руку, помогая подняться с кресла, и они первые направились к выходу. Мы выстроились следом. Слуга провел нас по ярко освещенному коридору вдоль портретной галереи и остановился у двойных высоких дверей, которые тот же час открылись.
– Ее темность герцогиня Орэна Ван Рих, княжна Сигал! – возвестил усиленный магией голос. – Его сиятельство граф Генри Быстров! – Матушка и граф вошли в зал. – Ее высочество наследная княжна Джассика Сигал и его темность лорд Иварт Сигал!
Оглянувшись, увидела улыбающегося Иварта, он подмигнул и предложил мне локоть. Я расправила плечи, задрала подбородок и шагнула в сияющий множеством огней огромный бальный зал.
Мы шли в давящей тишине к возвышению с троном. Только шуршали юбки и бряцало церемониальное оружие у кланяющихся нам гостей. Не очень глубоко, но все же с почтением. Я была спокойна. Знала, что все получится, верила Дарену и верила себе.
Напротив трона мы остановились, его величество спустился с возвышения и, поцеловав Орэне руку, усадил ее в кресло рядом с собой. Граф занял место у нее за спиной. Надеюсь, император не станет флиртовать с красавицей темной, потому что граф, насколько я знала, мало чем уступал в силе Иварту и мог неверно истолковать особые знаки внимания женщине, которую он уже считал своей.
– Приветствую, княжна, лорд, – слегка склонил голову император. – Думаю, вам не захочется провести вечер в скучной компании. Веселитесь со сверстниками. Надеюсь, наш бал произведет на вас приятное впечатление.
Вот за что уважаю императора драконов, так за его немногословность. Коротко, по делу и без особого политеса. Мы с Ивартом согласно склонили головы и отошли. Хотя по положению матушка была ниже, чем я или Иварт, но сегодня ей придется отдуваться за всех. Очень порадовало, что не мне скучающе подпирать рукой подбородок и торчать весь бал на глазах у сотни гостей.
– Я не понимаю этих драконов, – не преминул заметить Иварт, выискивая кого-то в толпе. – Нарушают свои же нормы этикета. Что у светлых в головах, понять сложно.
– А я рада. Не хотелось бы сидеть на возвышении, пока все будут веселиться внизу. Где Оливия?
– Там же, где и Стейнар, – ответил братец и потащил меня к столам. – Я зверски голоден.
– Коль со светлыми у нас вроде как мир и бить морды нельзя, то давай их обожрем?
– Фи, княжна! – воскликнул громко Иварт, привлекая к нам внимание. – Это вам не казармы, извольте выражаться как леди, а не как солдафон.
Светлые от нас шарахнулись, а стоило подойти к столу с закусками, как вокруг никого не осталось, все гости, до этого с аппетитом поедающие угощение, вдруг заспешили по своим очень важным делам, оставив на растерзание ненавистных темных богато накрытый стол. Здесь нас и нашла Изабель с бокалом игристого вина в руке.
– А я видела Стейнара, – широко улыбнулась она и отпила из бокала. – Он не выглядел счастливым.
– Где? – начала оглядываться я.
– На балконе. Сказал, что сам нас найдет, и велел ничему не удивляться. Ик.
