Если Дима задрых носом к стенке, да ещё сам попросил обнимашек, дело не дрянь, конечно, но, в общем, очень близко к этому. Обниматься во сне он не любит. И спит под отдельным одеялом, завернувшись в него, как гусеница в кокон. Вечно жалуется ночью на холод и во сне периодически утаскивает одеяло у меня. Может, это он на сцене так замерзает и отогреться потом не может? Говорят, в театрах вечные сквозняки. Я Диме шутки ради подарила на день рождения шерстяные лохматые носки. Почти гольфы. Думала приколоться, а он, мало того, что в полный восторг пришёл, так ещё и спать в этих колючках повадился. Пришлось сменить ему одеяло на потолще.
Просыпаюсь. Прислушиваюсь. Спит. Я выспалась. Лежать просто так ужасно скучно. Нет, я в курсе, что из тура Дима всегда возвращается как выжатый лимон. Потом почти сутки спит и только после этого снова становится адекватным человеком. А вот трахается он со мной только тогда, когда выспится. Может, он асексуал, и ему это не очень надо? Или он, как Никита, спит в туре с фанатками? Хотя, нет, едва ли. Он же про Никиту мне сам рассказал. Или он так сильно устаёт, что ему уже не до секса? А если оно уже сейчас так, то что же дальше будет?
Вопросы, вопросы, вопросы… И нет на них ответов… Совместная жизнь оказалась совсем не такой, как я ожидала. И Дима оказался совсем другим, не таким, как я его навоображала. Дима оказался лучше. А вот семейная жизнь — хуже. Одной дома скучно. Надо стирать, убирать и готовить. И в магазин ходить. И не забывать вовремя оплачивать квитанции. И денег у родителей просить… Сложно, в общем… И институт хочется прогулять в те дни, когда Дима дома. Эх… Скорее бы у него началась следующая сессия, и мы снова жили бы как люди… Всё-таки взрослыми быть ох как непросто, и у Димы это получается лучше.
Рядом со мной шевелится одеяло, и под ним начинаются потягушечки и довольное урчание, и всё это, как обычно, во сне. Похоже, вчерашний кризис миновал. Интересно, что же у них там произошло? В туре или во время питерского выступления? Дима мне, конечно, всё сам расскажет, не сегодня, так завтра, но узнать-то хочется сейчас!
Повозившись во сне, Дима продолжает спать дальше.
Шарю рукой на столике у дивана, нащупываю телефон и углубляюсь в дебри слухов и домыслов на фанатской страничке.
Значит, так… Игоря уронили, но он улыбался на поклоне. Бедолага… Впрочем, что ему ещё оставалось? Не то… Косяк со светом в финале. Тоже не то… Вадик уронил бандану. И что? Да по ней убиваться никто б не стал… Мимо… Богдан перепутал костюмы… Свежо и оригинально, что тут скажешь… Ну что ж они тут чушь всякую обмусоливают?! Та-а-ак… Диму чуть не уронили. Судя по тому, что я сейчас вижу рядом, его поймали. И не «чуть», а взаправду. «Чуть» в подобного рода ситуациях является решающим фактором… Что там дальше?.. Бедолага Альф наколол ногу… Точно Альф, не Дима? Вчера он, вроде, не хромал. Бесцеремонно отгибаю Димино одеяло, чтобы проверить. С ногами всё в порядке. И с обеими родинками на большом пальце левой ноги — тоже. Ур-р-р! Димка здесь, и весь мой! Вместе с родинками! Ур-р-р! Ур-р-р!
Дима продолжает спать. Уже совсем светло. Ну сколько ж дрыхнуть то можно?! Хорошо, хоть не храпит. Вылезаю из-под одеяла, накрываю им Диму и плетусь на кухню, готовить завтрак. Тоже — не самая весёлая из обязанностей.
Та-а-ак… Что тут у нас есть? Мдя-я-я… Не густо… Каждый раз напоминаю себе, что надо заранее запасаться продуктами, но всё время забываю. Наверное, надо окончательно сюда перебраться и не сбегать на время Диминого отсутствия к родителям.
Днём схожу… сходим, в магазин. Вдвоём хоть не так скучно.
Ну что же, что у них там, блин, произошло?!
Комментарий к Часть 24. Я сама придумала тебя. Я сама тебя нарисовала
Весь фанфик - воспоминания Димы о молодости.
А вставки с ПОВом - скажем так, прямой “поток сознания” героев в момент речи.
========== Часть 25. Принц-администратор ==========
Утром, вернее днём, когда я отоспался, Маша накормила меня завтраком: яичницей с беконом и солёными огурцами. Нет-нет, огурцы были вприкуску. Она их не пыталась пожарить. Присланы они были той самой тётей из Самары, которая на майских праздниках прихватила Машу на наше выступление. Тётя мечтала со мной познакомиться лично, а пока в устрашающем количестве слала Маше огурцы и варенье.
Бекон оказался солёным. Огурцы, разумеется, тоже. Яичницу Маша щедро посолила. Попробовав её, я хмыкнул, что кто-то либо влюблён, либо беременный. Маша в отместку шмякнула меня батоном по макушке. Думаю, вы поняли: завтрак мы не доели.
Как я уже говорил, примирительный секс — это здорово! Потом мы выбросили недоеденную пересоленную яичницу, сходили в магазин, затарились продуктами и почти не вылезали из «берлоги» до самого моего отъезда.
После недельного отдыха началась уже привычная круговерть. В этот раз — двадцать три дня вдали от дома с двумя заездами в родной город. Один раз между самолётами у нас было пять часов, в другой — семь.
