А нога, как я и предвидел, перестала болеть так же внезапно, как начала. И я закончил тот декабрьский тур, как должно. То есть, выступая на сцене.
Комментарий к Часть 25. Принц-администратор
Автор лет семь назад ездила на соревнования по подобной дороге. Кое-где в асфальте были дыры, в которые вполне можно было вложить валун или большую морскую черепаху. Асфальтированная дорога напоминала грунтовку. Автомобиль вихлял как слаломист по трассе. Подвозившая меня от Тулы тренер, сказала, что уже выучила эти дыры наизусть, но в тёмное время суток ездить по этой дороге не рискует.
Что в тех краях теперь — не знаю, но надеюсь, что ситуация улучшилась.
========== Часть 26. Там мышь! И другие приключения Вадика ==========
Январь начался с очередных казусов. Правда, большей частью смешных, иногда неожиданных, но имевших порой далеко идущие последствия. Никто из наших не заболел, никто не травмировался. А то, что пошли странные слухи… Так тьфу на них. Я-то знаю, что всё, ну или почти всё, что пишут фанатки у себя на страничке — выдумка и неправда. А если и правда, то помноженная на такой вымысел, что разглядеть за ним истину не представляется возможным.
Во-первых, за новогодние «каникулы» где-то треть ребят ухитрилась потолстеть. Альберт так и вовсе успел нагулять дрожащий жирок на животике и ляжки. Это ж как праздновать надо было?! Ещё треть парней загадочным образом похудели до торчащих рёбер. При виде вторых Роман хмыкнул, при виде первых — покачал головой, но ничего не сказал. Возможно потому, что и сам за праздники прибавил пару-тройку кило.
И вот первое выступление. Начинаем выходить на сцену. И тут… заминка. Налетаю лбом на застывшего передо мной Вадика. Легонько подпихиваю в спину — ноль реакции. Что за чёрт! Выглядываю из-за его плеча. Из противоположной кулисы ребята уже вышли. Стоят. Ждут нас. Тянется напряжённая пауза. Замечаю, что на сцене, у задника, лежит что-то белое, маленькое. Снова подпихиваю Вадика вперёд. Теперь уже кулаком. Не идёт. Стоящий позади меня Игорь подталкивает уже меня.
— Там мышь! — вдруг выдаёт Вадик.
Я присматриваюсь. А ведь и правда! Скорее даже, не мышь, мышонок. Маленький… Миленький… Неспешно идёт за спинами у ребят и что-то деловито вынюхивает на сцене.
В голосе Вадика — паника. На сцене — всего лишь мышь. Мышонок! Понимаю, что Вадика я силой не выпихну. Оборачиваюсь к ничего не понимающему Игорю.
— Телефон!
Да, именно на такой случай за сценой лежит старенький аппаратик с уже набранным номером звукорежиссёра.
Хватаю телефон и нажимаю кнопку. Трубку снимают мгновенно.
— Что там у вас?
— Василий, врубай! — кричу я. Мышь побоится звука и уйдёт. — Врубай! — повторяю я.
И Василий врубил. Вот только эффект от этого оказался не совсем такой, как ожидал я. Мышонок заметался по сцене. Теперь его заметили и зрители. По залу прокатилось оживление. Игорь за моей спиной громко заржал. Один из стоявших на сцене ребят топнул в надежде пугануть мыша. Именно это и возымело эффект. Мышонок рванул по прямой и сиганул со сцены в зал. Я, уже не в состоянии сдерживаться, мелко трясся от хохота, уткнувшись лбом Вадику в спину.
— Иди уж, — выдавил из себя я.
Начало концерта было скомкано. Мы то и дело принимались глупо хихикать. Вадик на нас дулся. Как мышь на крупу.
В общем, начало тура было весёлым. Да и продолжение — ничуть не скучнее.
В следующем городе во время выступления рядом с Вадиком лопнул софит. Вадик и виду не подал, что что-то не так, но когда вернулся за кулисы, его ощутимо потряхивало.
Места в гостиницах мы всегда резервировали из расчёта по номеру на каждого. Только вот бронь, сделанная чуть ли не за полгода, порой испарялась самым загадочным образом. Правильнее сказать, загадочным образом трансформировалась в весьма странный набор комбинаций. Полагаю, в гостиницах фишка такова: поселить гастролирующих покомпактнее, ведь они лишнего времени не имеют и едва ли станут закатывать скандал. Обычно при заселении нас пытаются убедить, что произошла накладка, и селят по двое. Но бывало, что нам не везло, и кого-то селили в семейном номере с двуспальным лежбищем и двухэтажной кроватью. Выспаться в подобной ситуации, как правило, не удаётся никому. Обязательно находится кто-то, кто храпит, кто-то, кто вертится, и кто-то, кто простужен, кашляет и чихает. Двухэтажная кровать скрипит и качается, кажется, даже от дыхания. Оказавшиеся на двуспальном ложе ржут как кони и обмениваются бородатыми шуточками типа «Не приставай, пра-а-ативный!»
При подобных условиях очередь на «пожить одному», сами понимаете, соблюдается наистрожайше.
После шоу мы переехали в соседний город. Вот только в гостинице нас поселили, кого как. Мне, Вадику и Степану с Богданом достался блок на четверых с двумя комнатами и кухонькой. Вадик сразу завалился спать. Я — тоже. Засыпая, я слышал, как кто-то бесконечно плескался в ванной, но не придал этому значения.
