К нашему приходу уже прибыли многие люди Шильвы Сакен, и дюжина головорезов от Тессилов. Они разбили лагерь вокруг границ деревни или вдоль берега неподалёку от мельницы, давшей название этому месту — огромное колесо уже сковал лёд, покрывший ручей, который вился вокруг поселения от севера до юга.
— Декин, откуда здесь все эти уёбки? — вопросила Иззи Сума́ с крыльца своего постоялого двора. — Вчера целая орда западных дикарей, а нынче ещё и твои подвалили.
Иззи была женщиной мясистых пропорций, ростом почти с Декина и фигурой один в один как он. Предмет, благодаря которому она получила своё прозвище, висел на её шее на толстом кожаном шнурке — тяжёлая сумка, по слухам набитая монетами, и всегда под рукой. Самый большой торговый дом, фактория и мельница принадлежали ей и её многочисленным отпрыскам. Людям из этого сплочённого клана дорожку лучше было не переходить, поскольку те, кто вызывали неприятности на Мельнице, нередко тихо исчезали.
Обычно слоило бы ожидать от Декина каких-нибудь дружелюбных умиротворяющих слов, но сегодня он лишь сам сердито на неё посмотрел:
— Дельце намечается на севере, — суровым голосом сказал он. — И это не обсуждается, Из. — Он снял с пояса тяжёлый кошель и бросил ей. — За неудобства. Мы уйдём через два дня. А до тех пор будем сидеть тихо. За все товары и эль заплатим, но твои пусть сидят дома и не шатаются.
Широкое морщинистое лицо Иззи напряглось от возмущения, и она не спеша изучила содержимое кошелька. В лесу она определённо представляла собой силу, но ей хватало мудрости распознать того, кто сильнее, особенно когда он приходит с деньгами.
— Не хочу ничего знать. — Она фыркнула, туго затянула кошель и отправила его в свою суму. — Что бы там ни было. Шерифы будут разнюхивать, и я не могу гарантировать, что никто из моих людей не заговорит.
— Не будут, — заверил её Декин. — На самом деле я думаю, что шерифа ты снова увидишь ещё не скоро.
Иззи снова фыркнула и прищурилась явно от задетого любопытства, но для этой женщины осторожность всегда побеждала жадность, и потому больше она ничего не спросила.
— Полагаю, ты захочешь большую комнату, — сказала она.
— Да. — Рука Декина хлопнула меня по спине, и остальные прыснули от смеха. — Но не для себя.
— Знаешь, Элвин, — вздохнула Герта, подняв голову с моего живота, и опустила её мне на плечо, — Честно сказать, я ожидала чуть больше воодушевления.
Я провёл пальцем по лбу, чтобы убрать с глаз мокрые от пота волосы, и, запыхавшись, ответил:
— По-моему, три раза — это вполне воодушевлённо.
— Это неплохо, признаю. — Зубы Герты куснули моё ухо, дразняще и восхитительно, но недостаточно, чтобы пробудить во мне новую страсть. — Но всё же, такой юноша, как ты. — Она надула губки. — Однажды меня наняли обучать юного лордишку из Фаринсаля. Той первой ночью его хватило на пять раз. На другой день я едва ходила. — Она ностальгически и соблазняюще хихикнула, поводила пальцами по моему влажному животу и положила ногу мне на бёдра. — Понимаешь, у меня есть стандарты, а на целый соверен можно купить немало. Мне же не хочется, чтобы ты побежал к Декину с болтовнёй о разочаровании, а?
— Я не разочарован. — Я примирительно и очень признательно поцеловал её в лоб. — Просто… устал.
Она снова вздохнула, перестала меня дразнить и устроилась возле меня в дружеских объятиях. Я почувствовал, как она смотрит на меня в темноте, зная, что в нужном настроении её глаза видят почти так же много, как мои.
— Дело не в этом, — прошептала она. — Ты снова думаешь. Бедный Элвин. — Она ткнула пальцем мне в висок. — Там всегда слишком многое происходит. Так что же это? Ты что-то забыл рассказать Декину? Или придумываешь, как наконец разделаешься с Тодманом? — она снова хихикнула, когда я напрягся. — Всё в порядке. Мне он тоже не нравится. Итак… — она настойчиво ткнула в матрас, — в чём же дело?
— Ты знаешь, что планирует Декин?
— Я немного отвлеклась, когда он толкал свою большую речь, но суть потом у остальных выяснила. Он собирается захватить герцогство.
— А знаешь, как он собирается его захватывать? Это ты выяснила?
— Наверное, так же, как мы захватываем всё остальное.
— Он собирается убить всех в том замке. Всю знать, всех слуг. Даже… — Я замолчал: перед глазами с раздражающей ясностью встали образы беременной невесты лорда Дабоса, как они вставали и во время наших недавних забав. Я эту женщину никогда не видел, и даже знать не мог, правда ли старый козёл умудрился её обрюхатить, но это не мешало моему живому уму воображать образы красавицы с фарфоровым лицом и круглым животом, которая лежит мёртвая посреди кучи убитой родни.
— Ты же убивал и раньше, — сказала Герта. — Как и я, если уж на то пошло. Такова судьба тех из нас, кто не захотел умирать в канаве, в которой родился. Не плачь по знати, Элвин. Они-то по тебе не поплачут.
Она прижалась сильнее, с нетерпеливой настойчивостью возобновила свои соблазны, а потом протянула руку вниз и тихо и удовлетворённо простонала:
— Так-то лучше. Ну вот.
