Девушки живо разыграли сцену покушения и указали на очень похожий нож. Настоящее орудие преступления забрала полиция.
Я выразил через них соболезнования бедному другу, пожелал ему скорейшего выздоровления и оставил девчонкам свой телефон с просьбой сообщать о его самочувствии.
– Но если произойдет что-либо трагическое, тоже сообщите, чтобы я знал, когда похороны, – наказал им я.
До похорон дело не дошло. Через несколько дней мне позвонил сам Кристиан и сообщил, что вышел из больницы и сидит у себя в баре. Я сел в машину и помчался, чтобы увидеть вернувшегося с того света приятеля. По дороге я живо представлял себе сцену возвращения хозяина гарема – все эти танцы живота, визги и слезы счастья многочисленных наложниц.
Однако толпы в баре я не обнаружил. В глубине, на фоне белых холодильников, сидел бледный Кристиан. Он меня приветствовал, но подняться из кресла не смог. Я обнял приятеля. Он поднял майку на животе и показал приличных размеров ватную подушку, прилепленную к телу липкими лентами.
Кристиан рассказал, какой глубины у него ранение, сколько кишок и внутренних органов задето. Я ему посочувствовал. Он угостил меня кофе, который приготовила единственная девушка, находившаяся рядом с ним.
– Знакомься, – сказал Кристиан, – моя новая подруга, Набила, она из Туниса.
Девушка была очень красивая, со сверкающими глазами и точеной фигурой. Она нежно ворковала вокруг Кристиана, гладила его по голове, ласкала и всячески возрождала к жизни.
Я представился ей и из вежливости спросил, чем она занимается.
– Известно чем, – усмехнулся Кристиан. – Это мой киллер.
– Кто? – не понял я.
– Мой киллер, – повторил он. – Ведь это она разогнала весь мой гарем и засадила в меня этот нож по самую рукоятку.
–
Витя прославился еще во время учебы на режиссерском факультете ВГИКа. Он был заметной личностью – обаятельный, с простецким круглым лицом и вечно озорными глазами. Василий Шукшин первым увидел в нем актера. Витя снимался во всех студенческих работах Шукшина, а потом и в больших его фильмах, что говорит о его обаянии и темпераменте. К тому же в Невском бурлила молодая кровь. Он был просто помешан на сексе и пользовался успехом у девушек.
Студенты, будущие режиссеры, значительное время обучения проводили в кинозалах. Каждый день они смотрели фильмы из истории отечественного и зарубежного кино. Но если просмотры выпадали на утренние часы, то частенько во время первой пары, с девяти до двенадцати, в темном зале все спали. Потому что, во-первых, сказывалась ночная жизнь, а во-вторых, обязательные к просмотру фильмы далеко не всегда были интересными. Виктор Невский, как человек живой и верткий, однажды, собираясь поспать, повернул голову круче других и увидел в окне кинобудки, рядом с лучом кинопроектора, очень симпатичное женское личико. А поскольку вход в кинобудку был прямо из зала, он поднялся по лесенке в проекционную, открыл дверцу и обнаружил там смазливую девушку с огромным бюстом. Она работала киномехаником. Обаяв ее с присущей ему легкостью, он тут же вступил с ней в преступную связь. После этого случая занятия по истории кино стали его самыми любимыми. Потому что, когда остальные студенты засыпали, он удалялся в кинобудку и занимался там любовью с девушкой-киномехаником. Одно было плохо – каждые десять минут им приходилось прерываться для смены бобин в кинопроекторе. Но это даже придавало пикантность их романтическим свиданиям.
Короче, возник у них необычный роман. Потому что, кроме как в кинобудке, они нигде не встречались. Не назначали свиданий, не гуляли по осенним аллеям и, как ты понимаешь, не ходили в кино. Они встречались только в этой кинобудке. Поэтому, когда подруга предложила Вите встретить с ней Новый год, он удивился, но согласился: «Почему нет? Конечно!» И пришел к ней по указанному адресу с бутылкой «Столичной». А придя, обнаружил, что девушка не одна, а с симпатичной подругой. Выпили, закусили, потанцевали, снова выпили. В результате – Витя оказался в койке. Сначала – с грудастой, потом – с ее подругой, потом – с двумя. Так они провели первый день нового года, а утром 2 января Витя, счастливый и хмельной от вина и усталости, вернулся к себе в общежитие.
Когда подружки остались наедине, то принялись выяснять отношения. Девушка-киномеханик сказала подруге:
– Какая же ты сволочь! У меня с человеком любовь, и я приглашаю тебя, как порядочную, на Новый год – на наш, можно сказать, семейный праздник, а ты, дрянь, соблазняешь и трахаешь моего, можно сказать, жениха! У нас с ним ведь были серьезные планы.
Подруга в недоумении отвечала:
