–
Когда она шла по улице Риволи, парижане оборачивались. Высокий рост, ладная фигура, красивое лицо, светлые, летящие волосы – это были еще не все ее достоинства. Она была очаровательной и остроумной, а главное, талантливой.
Дзвинка значит звенящая. Родом красавица была с Западной Украины, а там живут особые люди. В чем их уникальность – я расскажу.
Дзвинка родилась во Львове. То, что она посвятит себя музыке, стало ясно еще в детстве, когда и проявились ее способности к пению. Неизвестно, как сложилась бы ее судьба в другую эпоху, но Дзвинку угораздило окончить школу в период перестройки, когда на окраинах Советского Союза обнаружился рост национального самосознания. И папа, чье слово, как главы семьи, было непререкаемым, отдал девочку в Львовскую консерваторию, но не на отделение вокала, как она мечтала, а в класс бандуры. Это такой украинский национальный инструмент, похожий на наши гусли. Ну и что? – спросишь ты, скрипка тоже является национальным итальянским инструментом. Разница в том, что на скрипках играют во всех симфонических оркестрах мира, а вот звуки бандуры радуют душу исключительно украинского населения.
И Дзвинка со своими вокальными задатками пять лет училась бренчать на бандуре, а окончив консерваторию, получила диплом с отличием и полное отсутствие перспектив. Потому что играть на этой гордости украинского народа ее никуда не приглашали; не понятно, кому вообще эта бандура была нужна. Дзвинка хотела наложить на себя руки. Но тут, на ее счастье, маму-художницу пригласили на выставку в Париж, и она взяла дочку с собой. Дзвинка прижилась в Париже, поступила учиться в Сорбонну, но за несколько лет, проведенных во Франции, только однажды ей случилось играть на бандуре. В ЮНЕСКО, где открывалась выставка картин ее мамы. Дзвинка сидела у входа в зал в красивом национальном наряде и, ударяя по струнам, услаждала слух украинской делегации.
Тем не менее любовь к музыке жила в ее душе. Можно сказать, что в ней кипели талант и нереализованные возможности. Дзвинка стала сочинять песни и с помощью своих французских друзей записала самодеятельный лазерный диск. А тут как раз выдалась поездка в «ридный Львив», где она показала свои записи на местном радио. Их дали в эфир, сопроводив романтическим рассказом об украинской красавице, проживающей в Париже. Эта история тронула слушателей до глубины души, и песни ее стали пользоваться большой популярностью и занимать верхние строчки в львовских хит-парадах.
Однажды мама поинтересовалась: «А не твои ли это песни, доченька, целый день крутят в нашем эфире?» – «Мои», – ответила Дзвинка, и сердце ее наполнилось гордостью. Ее признали.
Этим же вечером в их доме за большим столом собрались родственники.
Мать украдкой шепнула:
– Готовься, доченька, будет с тобой серьезный разговор.
Дзвинка надела нарядное платье и спустилась к гостям. Во главе стола восседал ее отец. Дзвинка надеялась услышать комплименты, приготовилась раздавать автографы и даже подготовила небольшую речь, в которой она хотела пообещать в ближайшее время достичь тех же вершин, на которые поднялась Мадонна.
Но все вышло иначе. В гробовой тишине в присутствии молчаливых родственников ее родной папа вдруг произнес:
– Какой позор! – И посмотрел на нее испепеляющим взглядом.
Дзвинка подумала, что речь идет не о ее музыке, а о чем-то другом, в чем она могла провиниться. Может, о ее многочисленных поклонниках стало известно отцу. Она поджала хвостик и приготовилась оправдываться по этому поводу, а отец продолжал:
– Как ты могла так опозорить нашу семью? Я тебя породил. Я тебя выкормил. Я тебя любил. Я так на тебя надеялся. Я тебя воспитал, отдал в консерваторию. Сколько я в тебя вложил! А мать? Она взяла тебя в Париж. И в знак благодарности за все хорошее ты так опозорила нашу семью.
Дзвинка не выдержала и прошептала:
– В чем моя вина? Что я такого сделала? Я не понимаю.
– Если не понимаешь, то ты мне больше не дочь! – сверкнул глазами отец. – Это страшный позор!
– Какой позор? В чем он, объясни! – взмолилась Дзвинка.
