Потом он вызвался показать нам фантастический, по его словам, ночной клуб возле отеля «Хилтон». Битый час мы бродили по каким-то трущобам. Если он действительно жил в Стамбуле три года, то, очевидно, у него развился сильный склероз.
Наконец он решил привлечь к поискам одного из местных сутенеров. Они вокруг просто кишели.
Сутенер завел нас в первый попавшийся подвал, действительно оказавшийся клубом, но совсем не таким шикарным, как описывал его американец.
– Мне нужна девушка, – заявил он сутенеру, и тут же рядом с ним появилось милое существо, назвавшееся студенткой из Колумбии.
Чему могла учиться в Стамбуле студентка из Южной Америки – это отдельный вопрос.
Мы с подругой выбрали себе место неподалеку от сцены в маленькой ложе, а американец со своей колумбийкой разместились в соседней. Правда, сначала он хотел примоститься возле нас на подушках, но за низким столиком его длинные ноги никак не умещались.
Мы взяли себе фрукты и чай, а американец заказал виски для себя и джин с тоником для колумбийки. Та молниеносно осушила свой стакан и потребовала следующий.
На сцене начался концерт. Сладкоголосый певец исполнял турецкие песни, а в перерывах местные красавицы ублажали публику танцем живота.
Это было довольно противное зрелище. Турчанки демонстрировали непомерные объемы своих телес. И это развивалось в геометрической прогрессии. Если первых танцовщиц можно было назвать просто толстыми, а следующих жирными, то дальнейшие вызывали ассоциации с носорогами, бегемотами или слонами. Всех превзошла последняя красотка неимоверной толщины. Ее объемы превосходили все мыслимые и немыслимые параметры. Даже в дверь она могла войти только боком, да и то с помощью проталкивавших ее охранников. Жир свисал с нее килограммами, а объемы живота и двух невероятных окороков просто невозможно было измерить – не нашлось бы такой рулетки. Даже передвигаться самостоятельно она не могла. Две другие толстухи, которые на ее фоне казались больными дистрофией, подвели так называемую танцовщицу к сцене и уложили на коврик. Женщина-бегемот с трудом приподняла свою попу и колыхнула ею из стороны в сторону. Меня чуть не вырвало.
Но что было с турками!
Они вопили, свистели и визжали от восторга. Повыскакивали с мест и подбежали к сцене. Каждый хотел лично пошлепать это чудовище по телесам. На нее пролился такой дождь из бумажных денег, что ее фантастических размеров задница оказалась скрытой под купюрами. Это была кульминация шоу.
Я подозвал официанта, попросил счет. За несколько апельсинов, дыню и пару чайников чаю он насчитал нам сорок долларов, но я спорить не стал, видя, как турецкие любители больших тел выбрасывали тут целые состояния. Я дал ему полтинник.
Поблагодарив за чаевые, официант, улыбаясь, поклонился и шепнул, кивнув в сторону американца:
– Ваш друг – плохой человек!
В этот момент и сам американец обратился ко мне:
– Заплати и за мой стол тоже.
Он не сказал, «выручи меня» или «окажи мне услугу». Нет, он как бы давал мне указание оплатить пьянку не только его самого, но и колумбийки, которая, как я заметил, безостановочно хлестала джин.
– А в чем проблема? – поинтересовался я.
– У меня немного не хватает денег, – сморщился он.
– Сколько? – спросил я.
– Сколько? – переспросил американец у официанта. Тот заглянул в счет:
– С вас за два виски – пятьдесят долларов, и за четырнадцать джин-тоников девушки – триста пятьдесят. Всего с вас четыреста долларов за выпивку и восемьдесят – за закуску.
– У меня нет с собой таких денег, – твердо сказал я. Тогда американец заорал на весь ресторан, поднимаясь над официантом как гора:
– Сколько? Сколько ты насчитал? Ты решил меня надуть? Да ты знаешь, с кем ты связался? Я из Соединенных Штатов!
Тут подошла охрана и предложила американцу обсудить эту проблему с администрацией.
– Подожди меня пять минут, – попросил янки.
Через четверть часа ко мне снова подошел официант:
– Вы – хороший человек. Ваша женщина – хороший человек! А мистер – нехороший человек. – И принялся наливать нам чай.
Мне надоело ждать.
– Проводи меня к шефу, – попросил я.
Официант, кланяясь и улыбаясь, долго вел меня какими-то подвальными коридорами и лестницами, а когда мы вошли в нужное помещение, то я страшно пожалел, что забыл свой фотоаппарат в зале ресторана. Эту картину хотелось запечатлеть. Практически всю небольшую комнату с очень низким потолком занимал огромный письменный стол, за которым на подушках восседал толстый турок карликового роста в синей шелковой рубашке. Его волосатую грудь украшала массивная золотая цепь, а на пальце красовался перстень с огромным рубином. Возле стола лежала полуголая суперзвезда заведения – женщина-бегемот. Из-за своей толщины стоять она не могла. Толстуха исполняла роль переводчицы с английского на турецкий. Вдоль стен стояли охранники со свирепыми лицами. Там же у стены примостился американец. Ему приходилось труднее всего – плечи его упирались в потолок, а голову приходилось держать под наклоном.
Он качал права:
