— Похоже, спалил всю проводку, — беспечно заметил Тимур и включил фонарик на телефоне. — Уфф, пронесло. Ну, вы поняли, ребята. Вариант второй. Вы даёте магическую клятву не причинять вреда Говорящим, рассказываете всё, что собирались сказать, и я ухожу. Думаю, с учётом того, что кондиционеры накрылись, за полдня лёд растает, и вы будете свободны.
— А где вариант, в котором ты нас освободишь? — поинтересовался Сабирг.
— Этот вариант ты должен предложить сам, — усмехнулся Тим. Однако, это весело — разыгрывать из себя злодея. Хорошо, йотуны понятия не имеют, что у него пороху не хватит испепелить парочку беспомощных живых существ. Даже с учётом того, что йотуны того вполне заслуживают.
Ответ пришёл от Вигирда.
— Ты хочешь спасти полукровку, — сказал он. — Но без меня тебе его не найти.
— Аргумент, — кивнул Тимур. — Хорошо, рассказывай. Там будет видно.
***
Петрушин энергично потёр красные от усталости глаза, поднялся из-за стола, подошёл к кофейному автомату. Термоядерный эспрессо скоро потечёт из ушей, но без него никак.
Да уж, подложил Глобус свинью… Погеройствовать ему, великому и ужасному на старости лет захотелось! Как будто во всей Парме больше некому в поле работать. А ты, Андрей Валентинович, крутись как хочешь. Мало своей работы, так ещё и с вышестоящим начальством по пять раз на дню общаться приходится. Они там все злые из-за последнего финта Каримова, но он во Внеземелье, не достанешь! Зато Петрушин под рукой, куда ж он денется?!
Ещё и американцы эти! Отчёты им, отчёты… Что там с Торном, не подвергается ли Грейс излишней опасности? Вы должны держать в курсе, иначе… Послать бы всех к едрене фене, так нельзя: международный протокол, тудыть его налево!
Спасибо, Блейком на себя всё Внеземелье взял, хоть за это голова не болит. То есть, не сильно болит: одним глазом приглядывать надо, хотя бы для того, чтобы быть в курсе. А то что вышестоящим отвечать? А им надо, всё надо. Интересно, как с ними Каримов справлялся? Не удивительно, что сердце барахлит. Тут третий день начальником, а уже оба глаза дёргаются, как бы до возвращения Каримова в психушку не угодить…
А главное, непонятно, когда вернётся, и вернётся ли. Вон, опять что-то затеял: две группы в состоянии боевой готовности, связисты на ушах… Объяснений — ноль, впрочем, как всегда. А ты крутись как хочешь, дурачком перед Егоровым прикидывайся.
Петрушин взял чашку со свежесваренным кофе, вернулся за стол, склонился над отчётом из отдела статистики. Несколько минут тупо таращился в колонки цифр, потом отодвинул планшет, потянулся за сигаретой.
— Андрей Валентинович, — раздался из селектора голос Инги, — к вам Егоров и инспектор из центра.
— Хорошо, пусть заходят.
Дверь открылась раньше, чем он успел договорить — шеф СБ и не собирался дожидаться разрешения.
Петрушин поднялся, приветствуя визитёров. Вслед за Егоровым в кабинет вошёл Сергеев — прошлогодний и.о. начальника СБ, нынче дослужившийся до каких-то заоблачных должностей.
После обмена приветствиями гости устроились за столом, дружно отказались от предложенного кофе.
— Я здесь как представитель Федеральной службы безопасности, — без лишних предисловий начал Сергеев. — С сегодняшнего дня НИИ ПАРМА переходит в подчинение ФСБ, отдел паранормальных явлений. Это значит, что любые операции, выходы во Внеземелье, контакты с иномирцами отныне вы будете согласовывать со мной лично.
— С вами?
— Я назначен вашим куратором, — Сергеев небрежным жестом бросил на стол соответствующие бумаги.
— Понятно, — скрипнул зубами Петрушин. — Но почему именно сейчас?
— У нас есть неопровержимые доказательства того, что Каримов работает на магов Гардкхаста. Он будет арестован, как только вернётся в институт. Так же под подозрением ваш нынешний заместитель Кузнецов, вездесущий Цой и ещё несколько агентов. Не пытайтесь кого-либо предупредить: каналы внутренней связи прослушиваются.
— Мне кажется, — проговорил Петрушин, — всё это — какая-то чудовищная ошибка. Каримов не мог…
— Мы тоже не верили, — веско произнёс Егоров, — но после того, как он отдал Цою бесценные артефакты, сомнений не осталось.
— Андрей Валентинович, — в голосе Сергеева появились вкрадчивые нотки. — На данный момент вас считают благонадежным и ответственным руководителем. Не совершайте опрометчивых поступков, не пытайтесь ставить нам палки в колёса, и всё будет хорошо.
Петрушин криво усмехнулся и залпом опрокинул в себя остывший кофе. Вот встрял, так встрял! Как теперь предупредить Кузнецова?
— Скажите, Андрей Валентинович, бумаги, вещи Каримова ещё в кабинете?
Петрушин резко кивнул. Конечно, в кабинете! Зачем исполняющему обязанности избавляться от того, что принадлежит законному директору?
— Вы не будете возражать, если мы проведём осмотр? — судя по тону, возражать в данной ситуации чревато.
Петрушин махнул рукой и переместился на диван. Он понятия не имел, что Каримов хранит в своём кабинете. Что бы там ни было, всё будет использовано против владельца.
***
