Арсений перевёл чуть помутившийся взгляд на Клима.
– Какой? – подавив первый приступ паники, спросил у него.
– Припадочный. – Клим скорчил нарочито задумчивое выражение лица. – Клаудио… как-то там.
Арсений резко выпустил воздух, стараясь сохранить спокойствие. Пожалуй, впервые он встретил такого клоуна. Клим смеялся над его болезнью, даже не пытаясь проявить ни капли участия.
– Образование ты получал далеко не в английском пансионе?
– Вот ещё! Пансионы-шмансионы. – Клим подошёл ближе. – По-твоему я похож на аристократа?
– Скорее, на гопника. – Арсений слегка согнулся. – Только одет получше.
– Обижаешь, Неженка. – Клим встал прямо перед ним.
И даже в тусклом красном свете и при своём ухудшающемся состоянии Арсений не мог не отметить физическую привлекательность Клима. Наверняка, пользовался успехом у девушек, несмотря на недалёкость и грубость. И чего Клим вообще к нему пристал? Понятно, никого другого тут не было, но всё же. Они же не подростки.
Арсений привык думать и анализировать. Но не успел он додумать очередную мысль, как Клим подхватил коробки, накрыв его ладони своими. От неожиданности Арсений впал в ступор. Обычно он убирал руки в ту же секунду, как кто-то пытался до них дотронуться, предпочитая минимизировать контакт с чужими людьми. Даже с родственниками он держал дистанцию, и его решение уважали. Клим же по его реакции вряд ли что-то поймёт – не дорос ещё до нужного уровня эмпатии. И словно в подтверждение неутешительных мыслей Клим сильнее сжал пальцы.
– Давай, не жмись. Отдавай свои коробки. У тебя лицо уже белое, как мел.
Арсений сомневался, что в таком освещении Клим мог разглядеть оттенок его кожи, но лишь коротко кивнул. Присутствие Клима всё больше напрягало, потому что его взгляд изменился. В нём больше не было и намёка на насмешку. Клим смотрел на него заинтересованно и сочувственно. Его зрачки в полумраке были расширившимися, и Арсений словно провалился в омут.
Клим окончательно перехватил коробки и поставил на пол под панелью с кнопками.
– Я думал…
– Да не, мозг тебе по ходу отказал сразу, как только лифт остановился. – На этот раз Клим не усмехался, и его тон прозвучал доброжелательно. – Иначе бы сразу спустил бы их на пол. И попробовал вызвал помощь.
– Точно. – Арсений встрепенулся. – Надо обратиться к диспетчеру или позвонить.
Арсений сделал шаг к панели, но Клим преградил путь.
– Не кипешуй. Система сразу отправила сигнал об остановке. Вон, – он кивнул на панель. – Видишь, зелёная кнопка горит. Скоро вытащат нас.
– Насколько скоро? – Лоб покрылся испариной. – Сколько минут?
– Может, не минут, но вряд ли больше получаса здесь просидим.
– Полчаса…
Арсений и сам не заметил, как паника просочилась в его голос. Для него ещё полчаса – а точно ли полчаса? – покажутся вечностью, если «крыша» совсем не потечёт. И хуже всего лишь то, что рядом Клим. Хотя лучше уж такая компания, чем совсем никакой.
– Неженка, спокойствие, только спокойствие.
– Тогда уж малыш. – Арсений неожиданно для себя улыбнулся и слегка расслабился.
История про Малыша и Карлсона не была любимой, но их отношения ему нравились.
– «Малыш» – избито. И ты же не мой парень, чтобы я так тебя называл. Хотя… В нашей ситуации можно и поймать момент. Всё сказанное и сделанное в лифте останется только в лифте. Что думаешь, Неженка?
От последних слов Клима Арсений даже забыл о накатывающей панике. Настолько они были… Неуместными? Пошлыми? И одновременно странно-возбуждающими. Арсений ощущал, как краска медленно заливает лицо. И совсем не от духоты или нехватки воздуха. Пытался придумать достойный ответ, но лишь стоял, проглотив язык. Зато Клим подошёл ближе. Похоже он только входил во вкус.
Клим поднял руку и опустил ладонь на стену возле головы Арсения. И, не сводя с него взгляда, ехидно и двусмысленно протянул:
– Что же сейчас будет, Неженка?
Арсений старался не смотреть на него, особенно на губы, изогнутые в ироничной усмешке, но не мог найти в себе сил, чтобы отвернуться. Словно заворожённый наблюдал, как Клим слегка прикусил нижнюю губу, показывая идеальные зубы, а потом повторил ещё раз. От покусываний к губам прилила кровь – они стали ярче, полнее. Арсений непроизвольно сглотнул, будучи уверенным, что Клим точно знал, как это выглядит со стороны.
Арсений буквально кожей ощущал уверенность и желание, исходящие от Клима. Или последним «фонило» уже от него самого? Неужели, это яркое, но до конца не понятное состояние – возбуждение? Арсений не испытывал подобного ранее, и ему нужно было время, чтобы всё проанализировать и разложить по полочкам. Он не привык к спонтанности и подобным приключениям. Да никогда и не желал ничего подобного. Размеренная жизнь была приятнее и понятнее и не убивала его нервные клетки.
– Так, что?..
Лицо Клима так близко, что Арсений закрыл глаза, окончательно теряя даже намёк на контроль ситуации. Будь что будет. Ему уже всё равно. Пожалеть он ещё успеет, вряд ли с ним за жизнь случится нечто подобное.
