Принц даже не удостоил нас своим вниманием. Он сделал несколько шагов вперед и подошел к гигантскому слону, которого Сторр уже собирался подогнать к поезду. Затем, посмотрев на него не без некоторого любопытства, которое он не хотел показать, спросил у Сторра:
— Кто сделал эту машину?
Механик указал на инженера, тот догнал нас и стоял поодаль.
Принц Гуру Сингх легко изъяснялся по-английски и, повернувшись к Банксу, спросил одними кончиками губ:
— Это вы, который…
— Это я, который, — ответил Банкс.
— Верно ли, что это была причуда покойного раджи Бутана?
Банкс утвердительно кивнул головой.
— Зачем, — вновь заговорил его высочество, пожимая плечами, — зачем заставлять везти себя машину, когда есть слоны из мяса и костей?
— Наверное, потому, — ответил Банкс, — что этот слон сильнее, чем все те слоны, к услугам которых прибегал покойный раджа.
— О, — сказал Гуру Сингх, пренебрежительно вытягивая вперед губы, — сильнее!
— Бесконечно сильнее! — ответил Банкс.
— Ни один из ваших слонов, — сказал тогда капитан Худ, у которого манеры раджи вызвали крайнее раздражение, — ни один не сумеет заставить пошевелить ногой нашего слона, если он этого не захочет.
— То есть?.. — спросил принц.
— Мой друг уверяет, — заметил инженер, — а я подтверждаю, что это искусственное животное могло бы заменить десять пар лошадей и что вашим трем слонам, запряженным вместе, не удастся заставить его сдвинуться с места.
— Я всему этому совершенно не верю, — ответил принц.
— Напрасно вы этому не верите, — сказал капитан Худ.
— Если ваше высочество пожелает установить цену, — добавил Банкс, — я обязуюсь сделать вам слона, который будет иметь силу двадцати лучших слонов вашего слоновника.
— Это только так говорится, — очень сухо заметил Гуру Сингх.
— И делается, — ответил Банкс.
Принц оживился. Видно было, что он плохо переносил, когда ему противоречили.
— Можно бы прямо здесь поставить эксперимент, — сказал он после минутного размышления.
— Можно, — ответил инженер.
— И можно даже, — добавил принц Гуру Сингх, — сделать из этого эксперимента предмет серьезного пари, по меньшей мере если вы не откажетесь, боясь его проиграть, как отступил бы, разумеется, ваш слон, если бы ему предложили сражаться с моими.
— Стальной Гигант отступит?! — воскликнул капитан Худ. — Кто осмеливается утверждать, что Стальной Гигант отступит?
— Я, — ответил Гуру Сингх.
— И какова ставка вашего высочества? — спросил инженер, скрестив руки.
— Четыре тысячи рупий, — ответил принц, — если у вас найдется такая сумма, чтобы проиграть ее.
Это составляло около десяти тысяч франков. Ставка была значительна, и я хорошо видел, что Банкс, какое бы доверие он ни испытывал к своей машине, не сможет рискнуть такой суммой.
Капитан Худ удвоил бы ставку, если бы его скромное жалованье это позволяло.
— Вы отказываетесь! — заявил тогда его высочество, для которого четыре тысячи рупий представляли цену мимолетной прихоти. — Вы боитесь рисковать четырьмя тысячами рупий?
— Принято, — сказал полковник Монро, который только что подошел и, вступив в разговор, произнес только одно слово, однако достаточно весомое.
— Полковник Монро поддерживает ставку в четыре тысячи рупий? — спросил принц Гуру Сингх.
— И даже в десять тысяч, — ответил сэр Эдуард Монро, — если это устраивает ваше высочество.
— Хорошо! — ответил Гуру Сингх.
Право, это становилось интересно. Инженер сжал руку полковника, как бы благодаря его за то, что не оставил без ответа вызов, брошенный раджей, исполненным презрения, но брови инженера на мгновение нахмурились, и я подумал: уж не слишком ли он уповает на механическую мощь своего создания?
Что касается капитана Худа, то он сиял, потирал руки и, подойдя к слону, воскликнул:
— Внимание, Стальной Гигант! Придется потрудиться во имя чести нашей старой Англии!
Все наши люди выстроились по одну сторону дороги. Сотня индийцев, покинув лагерь в караван-сарае, прибежала посмотреть на готовящуюся битву.
Банкс нас оставил, поднялся в башенку и встал возле Сторра, который при помощи искусственной тяги разжигал топку.
Тем временем по знаку принца Гуру Сингха его слуги пошли в караван-сарай и привели трех слонов, сняв с них все дорожное снаряжение. Это были отличные животные родом из Бенгалии, превосходившие ростом своих собратьев из Средней Индии. Великолепные животные в полном расцвете сил. И они, не скрою, зародили во мне некоторое беспокойство.
Погонщики-махуты, сидя на их толстых шеях, рукой направляли движения слонов и возбуждали их звуками голоса.
Когда слоны проходили перед его высочеством, самый большой из трех — настоящий гигант в своем роде — остановился, подогнул колени, поднял хобот и приветствовал принца как вышколенный придворный, каковым он и являлся. Затем он и оба его спутника приблизились к Стальному Гиганту, на которого они смотрели как будто с удивлением, смешанным с некоторым страхом.
Крепкие железные цепи прикрепили к раме тендера и к оси, скрытой задними ногами нашего слона.
Признаюсь, сердце у меня сильно билось. Капитан Худ грыз свой ус и не мог оставаться на месте.
