Эта мысль оказалась весьма практичной и потому, что река под самым городом протекает по длинной и широкой ложбине и для образования водохранилища необходимы только плотина и шлюз. Никаких земляных работ по образованию озера не требуется, выражение «копают озеро» не отвечает действительности. Земляные работы связаны только с устройством плотины и приведением в культурный вид берегов.
Естественно, возможность купаться и отдыхать у озера – дополнительный мотив для его устройства. Оттого и приветствует это строительство молодежь. Она, главным образом, и работает в свободное время по 3–4 часа в неделю. Странно, что, не попытавшись разобраться, «Правда» публикует статью, наполненную всякой чушью об «альпах», «пальмах» и т. д.
Я теперь прямо не знаю, что делать: прекратить это нужное дело жаль, а средств его завершение у нас нет».
На этом, собственно, разговор и закончился. Стали говорить на другие темы. Но в конце ужина Сталин возвратился к вопросу об озере. Он сказал, обращаясь к сидевшим за столом: «Выходит, действительно, это озеро далеко не плод фантазии. Его строительство надо закончить. Но не следует продолжать строительство общественным способом». И далее, обращаясь ко мне: «Подсчитайте вместе с Вознесенским, сколько необходимо денег и какие материалы, мы отпустим эти средства, чтобы спасти вас от потопа, а киевских профессоров от неприятностей».
На другой день после разговора с Вознесенским я вызвал в Москву А. П. Матвеева с проектом озера. Матвеев приехал, конечно, очень расстроенным. Из-за волнения даже заголовок газетной статьи прочел неточно. Спросил меня, почему же такое оскорбительное название – «Плоды неумной фантазии»? Я сказал ему, что он неправильно прочел: там напечатано «неуемной». А кроме того, этот заголовок в связи с тем, что записано в статье скорее всего относится не к Минскому горкому, а к Ровинскому и частично к Хрущеву, который выдумал «киевского профессора».
Озеро было построено, наводнения прекратились. Обсаженное деревьями, живописное, с чистой водой, оно стало любимым местом отдыха минчан.
Позже Н. С. Хрущев мне сказал: «Здорово вы выкрутились из сложного положения с озером. А мы тоже из вашей ошибки извлекли пользу. Оказывается, у нас, в Донбассе, тоже строили несколько озер, а я дал указание немедленно прекратить работы».
Я мысленно представил себе Донбасс, его города и рабочие поселки, испытывающие недостаток в воде, и подумал, что вряд ли Хрущев извлек из дела о минском озере полезный урок.
В системе оборонительных мероприятий партия и правительство большое значение придавали строительству укрепленных районов, расположенных на территории пограничных военных округов. В связи с изменением западной границы было решено построить новые, мощные укрепрайоны с современным оборудованием и вооружением, глубиной до двадцати километров. В пограничной полосе на территории Белоруссии на протяжении 470 километров должны были быть построены 550 дотов и 990 укреплений полевого типа.
Летом 1940 года многочисленные саперные, инженерные и автомобильные батальоны приступили к работе на ста или даже более строительных участках. Началось также расширение старых и строительство новых аэродромов, пригодных для новой авиационной техники, развернулись работы по расширению стратегически важных железнодорожных узлов и линий.
ЦК КПБ, правительство республики, местные партийные организаций оказывали оборонительному строительству огромную помощь. В ряде областей была введена платная трудгужповинность. Строить укрепрайоны ежегодно выходило более десятка тысяч рабочих. Столько же привлекалось подвод с возчиками.
На строительстве аэродромов (велось оно силами республики, под руководством военных инженеров) в завершающей стадии работало 87 тысяч рабочих и 75 тысяч подвод с возчиками. О размахе работ можно судить хотя бы по такому факту. Когда оказалось, что необходимый для строительства камень не может быть доставлен к сроку из карьеров, находившихся за пределами республики, население собрало и доставило на аэродромы 707 тысяч кубометров камня.
В это же время в республике шла подготовка по осуществлению подновления СНК СССР и ЦК ВКП(б) “Об осушении Полесской низменности и превращения болот в сельскохозяйственные угодья”, имевшего для нас огромное экономическое значение.
В разгар развернувшихся работ, незадолго до войны мне позвонил И. В. Сталин, который проводил в это время совещание высших руководителей Красной Армии. Разговор проходил в присутствии участников совещания. Поздоровавшись, Сталин спросил: «Как дела в Белоруссии и чем Вы там занимаетесь сегодня?»
