— Да это не проблема, — Петрушин с Васей тоже вошли во двор — чего уж теперь церемониться, раз Костя сказал. Пять минут — и у нас полный расклад…
Султан так перепуган, что даже не отреагировал на вопрос отца — самого главного человека своей жизни. Это непорядок. Более того, по меркам вайнахов, это полный бардак. В общем, выдал парень себя с головой.
— Скажи отцу, — я по-свойски хлопнул Султана по плечу.
— Что сказать?
— Кто мы такие и зачем к тебе пришли.
— Это ко мне, — сказал Султан, глядя в землю. — Сейчас они уйдут…
— Да, мы уйдём… — Иванов взял Султана под руку и неспешно повлёк его к крыльцу. Мы пошли следом. — Если ты быстро ответишь на все вопросы.
— Какие вопросы?
— Сначала пару слов о твоём положении. Ситуация очень простая…
— Что хотят от тебя эти гяуры? — с тревогой спросил Арсен, вынужденно напрягая голос: развели тут расстояния, до крыльца — метров двадцать!
— …У нас есть «палёная» тачка, в ней — труп и двое угонщиков, которые сдали тебя с потрохами. Ситуация имеет два варианта развития событий. Вариант номер один: ты быстро, без запинки, совершенно искренне расскажешь нам, откуда у тебя «мерс» с трупом и где сейчас эти люди…
— У тебя со слухом неважно? — ещё более возвысил голос Арсен. — О чём вы там шепчетесь?!
— …Второй вариант: усадьба окружена, нужна всего лишь одна команда, чтобы началась полномасштабная полицейская операция. Делаем тщательный обыск, допрашиваем с пристрастием — знаешь, такая старая детская игра: «что найду — моё»…
— Не хер тут, проходите! — отвязно крикнул за забором нетрезвый Глебыч. — Давай, валите, тут вам не цирк!!!
Ага, тут же что-то типа «Второго Магаса».
Публика интересуется, зачем военные пожаловали. Прямо как в зоне боевых действий, круговая поддержка и солидарность всех кавказских братьев!
— Окна, — шёпотом выдал Вася, устремляя замороженный взгляд в противоположную от дома сторону.
— Эй, оставьте его в покое! — видимо, вопль Глебыча переполнил чашу терпения хозяина дома — он запахнул полы халата и начал спускаться с крыльца. — Давай, меня спросите, я тут за всё отвечаю…
— …Думаешь? — эхом отозвался Петрушин.
— Сто пудов, — Вася втянул голову в плечи. — В каждом окне по стволу…
Сердечко моё от неожиданности подпрыгнуло на месте и ухнуло куда-то в желудок. Вот так ни хрена себе, новости…
— Мы в жопе, господа, — Вася скорбно цыкнул зубом. — Если автоматы — завалят в две секунды…
— Как скомандую — все к стене дома, под окна, — едва слышно пробормотал Петрушин, избегая глядеть в сторону дома. — Там мёртвая зона…
Иванов с Костей в недоумении переглянулись и пожали плечами. Какие окна, какие стволы?
Султан, бледный, как дембельский подворотничок, развернулся едва ли ни всем корпусом к дому и уставился на окна. Сдал, гадёныш!
— К бою!!! — рявкнул Петрушин, прыгая на Костю с Ивановым и стремительно сметая их под окна дома.
— Дзиньк! — в трёх окнах, глядевших во двор, практически одновременно, негромко звякнули стёкла.
Это не мы виноваты — это такое явление природы. Нормальное явление, если за окном притаился обученный воин, который собирается малость пострелять. Потому что удобнее сначала прикладом разбить стекло, а потом уже вести огонь. Всего лишь какая-то секунда, при обычном шоке внезапного нападения эта секунда роли вроде бы не играет…
Мы с Васей щучкой прыгнули следом за более опытным товарищем и прилипли к стене под окнами.
— Та-та-та-та!!!
Три длинные очереди, взахлёб перебивая друг друга, запоздало проштопали пространство двора. На том месте, где мы только что стояли, расцвели мрачные фонтанчики из асфальта и каменного крошева. Султан громко крикнул и упал на колени.
— Стук!
Вслед за очередями, без паузы, из окна во двор скакнули два ребристых зелёных «яичка». Как резвые мячики, спружинили об асфальт, подпрыгнули пару раз и подкатились оба к Султану, который раскачивался на месте, вцепившись руками в правую ногу.
— П…дец, приехали, — отчётливо произнёс Вася, вжимаясь в асфальт и прикрывая голову руками…
Да, это даже без вариантов. Две «эфки» в пятнадцати метрах — хоть и лежим, достанется всем по самое не балуйся! А сделать уже ничего нельзя — за два оставшихся мига чисто физически нечего не успеешь…
Арсен, которого начало военных действий застало менее чем в десятке метров от нас, какое-то мгновение смотрел на сына, затем грузным коршуном метнулся к нему, оттолкнул в сторону, сердито пробормотав по-своему:
— Какой же ты непутёвый…
Потом сгрёб гранаты в кучу и упал на них животом…
Это я рассказываю долго — всё виделось мне, как в замедленной съёмке или страшном затяжном сне. А на деле, понятно, всё длилось в пределах трёх секунд. Запал у нас горит четыре секунды, минус время на бросок, дальше считайте сами…
— Ба-бах!!!
Рвануло как-то глухо… Привыкшие мы к сочному лопанью гранат, а сейчас было совсем иначе — даже в ушах не звенело и знакомая временная глухота была такой сглаженной и ненавязчивой… Меня обдало жаркой волной, какими-то мерзкими брызгами, на голову шлёпнулось что-то тёплое…
