– Это я у тебя посмотрю чуть позже. Когда эти уйдут, – тренер выразительно дернул бровью в сторону зрительских рядов. – А то начнется: «опасный мутант, он сейчас в нас выстрелит…». Ну их нафиг.
Крыс про себя охотно согласился с его решением. Действительно, незачем лишний раз дразнить… этих, как их там? А! Гусей!
– Покамест поставь ковыряльник на место и возвращайся. Послезавтра вы с Квазимодо будете ассистировать Людоеду, когда он в программе ножи метать будет. А сегодня он вам все покажет и расскажет, что и как.
Как работает с ножами и прочим холодняком Людоед, Крысу уже довелось разок увидеть. И он еще тогда поклялся себе взять у него несколько уроков. Поскольку то, что делал этот боец, было охренительно круто!
А тут – такой внезапный подарок! Ассистировать такому мастеру, да еще и во время представления!!!
– Я сейчас! – тут же подхватился не на шутку взволнованный и обрадованный скавен. И с рогатиной наперевес ринулся в сторону оружейки.
«Сейчас» не получилось – с непривычки и без провожатого Марк слегка заплутал в пока еще плохо изученных им закоулках Атриума. Пока разбирался, пока нашел нужную оружейную кладовку (в которой невольно задержался, рассматривая хранящееся там оружие и предметы воинской экипировки), пока шел обратно…
У заложенного кирпичами бывшего выхода к лифтам он вдруг нос к носу столкнулся с… дочкой Мазюкова. Эля от неожиданности вздрогнула и отступила, словно собиралась бежать от него прочь.
– Я не кусаюсь, – буркнул скавен, останавливаясь и на всякий случай тоже делая шаг назад. – А также – не ем людей… если тебя и это тоже беспокоит. Не бойся.
Девушка перевела дух и, склонив голову набок, со сдерживаемым любопытством уставилась на скавена прозрачными голубыми глазами.
– И узоры на мне тоже не нарисованы! – тут же отреагировал алтуфьевец. – Пропусти, мне идти надо.
– Постой! – вдруг остановила Эля, когда он пытался проскочить мимо нее. Как назло, девчонка стояла прямо на пути, и Крысу пришлось проявлять чудеса гибкости и изворотливости, чтобы обойти ее, не задев.
– Чего тебе? Давай быстрее, меня на арене ждут!
– Подождут! – девушка небрежно отмахнулась, а потом недовольно нахмурила брови. – А чего это ты со мной так невежлив? Я все-таки – дочь твоего хозяина! И ты меня должен называть своей госпожой! И на «вы»! Понял?
Глаза Крыса медленно расширились. Он с недоумением оглядел «госпожу», которая была почти на голову ниже его и к тому же – ровесница. Ну, может, на год постарше, кто ее знает…
– На «вы»… – бровь скавена чуть приподнялась. – Госпожой. Угу… Ты серьезно?
Элечка густо покраснела под его пронзительно-насмешливым взглядом, и в глазах ее появилась досада.
– Да! Госпожой и на «вы»! – она топнула ногой. – Иначе я скажу папе, и он тебе задаст!
Марку все стало понятно. Перед ним стояла типичная избалованная дочка богатого и влиятельного мужчины, эдакая «прынцесса», которой много чего позволялось. На его станции подобных ей было две – правда, в отличие от «чистой», те юные скавенки вели себя как-то более сдержанно и не выставляли напоказ свое происхождение и богатство. Не принято было подобное поведение среди всецело подчиненных мужчинам алтуфьевских женщин и девушек.
А тут, кажется, – случай достаточно тяжелый и запущенный. Ишь ты – «госпожа»! Сикилявка сопливая, а туда же!..
Скавен едва не брякнул это вслух, но в последний миг передумал. И в самом деле – хрен ее знает, эту Элечку, еще и правда настучит папаше о дерзком поведении раба! И что еще по этому поводу предпримет Мазюков – остается только гадать. Но явно ничего хорошего!
Не то чтобы Марк испугался угроз какой-то девчонки, но с него уже было довольно отягчающих последствий общения с такими, как Мазюков – с «хозяевами». Стоило ненадолго забыть, как спина снова напоминала ему об этом. Поэтому он, подумав, решил все же не выделываться. В конце концов, это всего лишь самонадеянная капризная девчонка. И ему ли – мужчине, охотнику, воину! – тратить время и нервы на споры с этой «прынцессой» доморощенной и принимать близко к сердцу ее девчачьи заскоки? Воображает себя госпожой и задирает нос? Да и хрен-то с ней, как говорится, чем бы дите ни тешилось…
– Как скажете… госпожа! – наступив на хвост негодующему самолюбию, оскалился в самой любезной, какую только удалось изобразить, улыбке Крыс и даже слегка поклонился. Неумело упрятанный сарказм все же просквозил в его голосе. – Могу ли я идти дальше по своим делам, госпожа?
Эля пристально смотрела на него, и в ее глазах досада и злость медленно переплавлялись во что-то совершенно другое. Противоположное. Марку даже показалось, что в какой-то момент во взгляде девицы промелькнуло… восхищение?
Да ну, примерещится же…
Крыс шагнул в сторону, намереваясь уйти прочь.
– Ты куда? – тут же остановил его голос «госпожи». – Я еще не разрешала тебе уходить!
«Да едрить твою нафиг! – всколыхнулось раздражение. – Чего тебе от меня надо-то, зараза?»
Вместо ответа он молча повернулся к «госпоже» и выжидательно уставился на нее сверху вниз.
