Воображение у Кальвадоса разыгралось не на шутку и после представленных картинок он себя чувствовал очень неуверенно и обеспокоенно. Подойдя к кабинету главы Триззумского отдела, парень еле слышно постучал в дверь. Но и такой тихий стук услышали, будто этого только и ждали.
— Входите, входите.
Только патрульный вошел в комнату, как за ним зашли капитан Кёрсп Парвиль и Верг, в десятке которого парень служил. Теперь, с Кальвадосом в комнате находились семь человек и места явно стало маловато.
— Вот, ир Борсон, это Карато Шеле и Уньо Мид, наши сотрудники, — представил гостей ир Гролс, не вдаваясь в подробности их службы в СОУП перед чиновником. — А это уважаемый Лингуин Рудэ, он приехал из надзорной Коллегии исполнить приказ о награждении вас и десятка Гурнса, а также вынесении благодарности Триззумскому отделу в поимке браконьеров.
— Ааа...э... — Кальвадос не ожидал такого счастливого решения событий и тем более награждения вместо наказания. Переводя взгляд то на ир Гролса, то на гостей, он все же пришел в себя и смог достойно ответить согласно Уставу. — Благодарю, рад служить Империи.
Выпрямившись после традиционного короткого поклона, он заметил, как разглаживаются морщины на суровом лице начальника отдела, гости из столицы тянут руки для рукопожатия, а ир Парвиль так и вовсе довольно улыбается.
В награду полагалась какая-то непонятная медалька, вид которой слегка разочаровал получателя, но чиновник все-таки обрадовал Кальвадоса — оказывается, к медальке прилагалось денежное вознаграждение за поимку браконьеров и активное участие в операции по их задержанию. Деньги уже перевели на его счет в Имперском банке. Конечно, замок на них не купишь, но на скромный дом в какой-нибудь деревушке вполне хватит. Или хорошо покутить на них с месяц, это уж кто как предпочитает.
После вручения награды и поздравлений Кальвадоса отпустили на пост. Вот так уж — похвалили, наградили и отправили дальше работать. Ни тебе отгулов, ни выходных, ни парада, ни фейерверков. Буднично и просто. Но молодой человек не обижался — не разжаловали, и то хорошо.
В коридоре его догнал десятник Верг и сообщил новость, более обрадовавшую парня, чем медалька — с завтрашнего дня он освобождается от дежурства у калитки и заступает на нормальный график работ. Ир Гролс решил, что долгие дни нудного стояния на посту поспособствовали умственной деятельности подчиненного и тот в дальнейшем не будет вытворять таких глупых поступков, как «заблудиться в лесу». Поблагодарив десятника, Кальвадос уже с большей охотой отправился дорабатывать этот день.
Все налаживалось.
Вечером в трактире «У Джорро» патрульный рассказывал о своих лесных приключениях уже всем собравшимся.
Особый интерес у слушателей вызвала хижина со стариком. И если кто-то из сидящих в трактире и слушающих эту историю подумал бы, что парень привирает, то деревянная ложка служила весомым аргументом. Конюх Джорро, будучи ветераном Патрульного отдела, помнил, как ему рассказывали о появлении подобной хижины еще очень давно. Тогда тоже кто-то то ли заблудился, то ли откуда-то возвращался и пришлось ночевать недалеко от аномалий. А Гюнкар, любитель перечитывать старые архивы, вспомнил, что когда-то встречал пару упоминаний о появлении хижины со стариком в Триззумском лесу и других
Послушав старых историй и различных предположений на этот счет, Кальвадос решил, что
Если б в доме обитал не старик, а старуха, то он бы посчитал, что русские народные сказки, где присутствует Баба Яга, возможно, являются своеобразным свидетельством открытия таких же
Хотя, это уже не суть важно. После сна в хижине старика Кальвадос окончательно смирился со своей участью. Тем более, а вдруг, все что ни делается — все к лучшему?
[1] Осм — север, асм — юг, ют — запад, юм — восток
Привалившись спиной к дереву, Кальвадос сидел на куче листьев и откровенно скучал.
А день вроде и задался интересным — только они позавтракали, кто у себя в доме, кто в казарменной столовой, как зазвонил колокол. Из-за стола прихватив не дожеванный пирожок, узнавать координаты
