Рыжая Борода, покряхтывая и смахивая с бороды крошки, направился к насыпи. Эка невидаль — показалось дежурному что-то. Неужто трудно с рядовым передать? Нет же, надо показать, чтоб капитан лично увидел! И теперь Кёрспу, очень нелюбившему высоту, приходилось карабкаться по шаткой лесенке вверх, да еще и дежурный торопил его.
Взобравшись, капитан понял, что так всполошило наблюдающего за лесом патрульного. Он и сам такое впервой видел: вдалеке по верхушкам деревьев будто воздушные волны прокатывались, сминая ветки и вновь выпрямляя их. И если раньше на тех деревьях еще оставались раскрашенные осенью листья, сейчас они нещадно опали и в лесу появилась обширная плешь.
Десяток уже бегал по поселению, собираясь к выезду. Спустившись с вышки, Кёрсп нашел в первую очередь Гюнкара.
— Ты о чем-то подобном не читал, случаем? — спросил он писаря, быстро рассказав увиденное.
— Ммм...не помню точно, возможно, был такой случай, запамятовал, ир Парвиль.
— Ладно, не время рассусоливать и рыться в архивных записях, поедем так.
— Команда, полная готовность! — на пороге застегивая последний ремень снаряжения, стоял спустя несколько минут Рыжая Борода. — Все вещички взяли? Сегодня неизвестно, что может пригодиться, будьте не чеку.
Отдав последние команды, капитан вскочил на предусмотрительно поданного коня и группа, пустившись за воротами в галоп, унеслась к
Вот и думал Кальвадос, что после такого предупреждения о полной готовности их ждет нечто интересное. Но нет! Оставили за лошадьми приглядывать! Даже жребий не бросали. То ли Верг пожалел его как самого неопытного (историю с драконом и хижиной в лесу тут в расчет не брали — просто повезло глупому), то ли таким образом его продолжали дальше наказывать за его блуждания по лесу.
Патрульные ушли уже минут как десять назад и Кальвадос уже всерьез подумывал поспать — осмотр места всплеска мог занять как полчаса, так и час, если не больше.
Внезапно лошади заволновались, как по команде они повернули головы в сторону ушедшего десятка и стали переминаться с ноги на ногу. Подскочив от звука выстрелов и громких криков, парень чуть не скинул с плеча Зонтика, как обычно сидевшего в таких случаях с раздутым капюшоном. И оставив лошадей, Кальвадос помчался по лесу, ведь так кричат люди, которым требуется помощь.
Деревья все мелькали и мелькали по бокам. Уже не замечая, что на них полностью отсутствуют листья и ветви словно покрыты легким налетом сажи, он все думал: «Ну, когда же эти деревья закончатся? Они же не могли уйти так далеко...». Сердце бешено стучало в груди, хотя он совершенно не запыхался еще. Где-то внутри сознания разливалось тревожное чувство, настолько неприятное, как если бы он мчался на встречу смерти или костлявая скакала позади него, размахивая косой и грозя вот-вот подрубить ноги.
Кальвадос еще не понимал, что за гадкое чувство его гложет, но он действительно бежал наперегонки со смертью. Вот только она мило улыбалась не ему, сегодня вовсе не ему...
Подбегая к той злосчастной поляне, он видел, как мечутся по ней человеческие силуэты и один громадный — какого-то гротескного существа. Тут его что-то сбило с ног таким образом, что тело аж развернуло на сто восемьдесят градусов так, что он увидел, как от него и от поляны с творящимся там сумасшествием убегает человек в несуразном темном балахоне.
«Откуда тут монах взялся?» — еще удивился в тот момент Кальвадос. Несколько секунд он смотрел вслед убегающему человеку и успел рассмотреть его всклокоченные, чуть ли не ставшие дыбом темные с проседью волосы, какую-то то ли сумку, то ли книгу, болтающуюся на поясе среди множества непонятных побрякушек. Неожиданно человек обернулся, видимо удостовериться, что за ним никто не увязался следом. Глаза патрульного встретились с его глазами. Еще не понимая, что происходит, парень заметил в них плескавшийся через край животный ужас: побелевшее лицо перекошено будто в немом крике, на лбу свежая глубокая царапина, заливавшая лицо кровью.
Кальвадос поначалу хотел крикнуть человеку, не нужна ли тому помощь, но его отвлекли вопли патрульных и такой громкий рев, что его снесло на пару метров этой звуковой волной. Поднимаясь, он успел заметить, как человек в балахоне с удивительной проворностью улепетывает прочь, даже не подняв сорвавшуюся с пояса при падении вещь.
Да уж, после услышанного и Кальвадосу захотелось дать деру, да вот неправильно так поступить, там же на поляне сослуживцы его, друзья, чуть ли не братья. Хотя да, братья по оружию и защите Варидии. Тьху, да сейчас же некому будет защищать эту поляну! Опомнившись, парень вновь побежал на звуки, очень уж напоминающие побоище — звериный жуткий рев и крики людей, перемешанные с воплями боли.
— Твою чертову мать... — только и выдохнул Кальвадос, выбежав, наконец, на поляну.
За несколько секунд он увидел такое, что прекрасно понял, почему люди моментально седеют как Тинно Барнэ, сотрудник СОУП, работавший в Главном Управлении. Но парню повезло не поседеть, несмотря на то что было от чего.
