Нельзя мне использовать големов там, где я служу, след приведёт ко мне, и до чего дойдёт, даже предположить не хочу. Только тайно, как наводчиков, благодаря сканерам. А вот получив командировку, слетать к немцам и побезобразничать, это всегда готов, там след ко мне не приведёт. Просто поясняю мотивы. На артиллериста точно не подумают, пытаясь нащупать связь с неизвестными, что немцев бьют. Ещё мысли на родителей перешли Антона. Так и не покинули те своё село, поэтому что с ними, не знаю, письма перестали доходить ещё до ареста, возвращали их мне, а навестить это село всё времени нет. Надеюсь в будущем будет. Пока это все новости.
- О, Кравцов, - опознал я своего бывшего шофёра, что машину потерял у здания Лубянки. Тот сам ко мне подошёл, обрадованный.
Выяснилось, что с него сняли показания, выдали бумагу об уничтожении машины, чтобы это на него не записали, это трибунал, и отправили в часть, так что наша встреча на вокзале вполне закономерна. Я и себе место нашёл на попутном эшелоне, через военного коменданта, и ему. Вместе ехали, а вот на вокзале разошлись. Да я прямо пояснил:
- Выжили меня из дивизии, так что новое назначение получил, тут в Подольске. Прощай, боец.
На этом мы и разошлись, тот направился к базе где автобат дивизии стоял, машина за ним числилась, а я в сторону военного городка. Уже через час я и оформлен был, и на довольствие поставлен, и дивизион принял. Полк от ударов авиации потери понёс, семь орудий, ещё три на ремонте, и два были уничтожены. Из тягачей на ходу пять, два в ремонте, и ждём пять новых. Ждём замену с пополнением. Вот и пополнялись. Ничего сам добывать не стал, я не снабженец, да и ничего мне не нужно, всё есть, так что проводил тренировки расчётов, батарей, обучал две группы корректировщиков. А людей мало, в каждой батарее своя должна быть, и отдельная у штаба дивизиона, но вместо четырёх пока две. Ничего, восстанавливался полк, идёт пополнение, резерв Ставки, тут особо не медлят, в первую очередь снабжение. Это я удачно попал. Правда скандал устроили, мой бывший комдив, полковник Бакеев, насмерть разругался с комполка, но тот меня не выдал, перевод официальный, всё законно, идите вы товарищ полковник куда подальше. А я вообще не понял, чего бывшему комдиву от меня надо, чего прицепился. На этом всё. Так и потянулась служба. Вскоре приказ на смену знаков различия пришёл, на погоны переходим. Да в Москве у некоторых модников я их уже видел, как первые пошли, носить начали, а до нас в Подольске эта новинка только через две недели дошла.
А так полк до середины марта стоял в Подольске. У меня своя квартира, где по очереди проживал с наложницами. Майя родила наконец, я редко её убирал в хранилище, только чтобы свидетели не видели. Роды Карен приняла, порядок, парнишка был, Алексом назвал. Ничего, растёт. Меня пару раз чуть не застукали с Майей, стиранные пелёнки висели, но к счастью по краю прошёл, обошлось. Нет, Майю нужно где в нейтральном государстве устраивать, пусть сына растит, нечего ей со мной делать, три замены есть, так что твёрдо это решил, но пока возможности нет. Полк я не покидал, командировку не оформлял, честно служил. Полк уже пополнили, и вооружением, и техникой, и людьми, тренировки шли. Выезжали на полигоны. Скоро слякоть, не до этого будет, уже капель начиналась, а тут приказ, полк передавался в состав Брянского фронта, вот и стали готовится.
***
Середина июня сорок третьего, полдень, колонны заключённых стояли молча, слушая речь вербовщика. Потом пошли добровольцы, тонкий ручеёк, откровенно хилый, но он был. Приметив пятёрку воров, что пошла в добровольцы, хмыкнул. Эти воевать не будут, видят тут шанс сбежать по пути. Я же посмотрел на знакомого подполковника, как раз мимо проходил со свитой, и громко сказал ему:
- Смотрю заматерел за год, рожу какую наел. Да и в звании прыгнул слабо, всего на одну ступень.
Тот повернул ко мне и со свитой подошёл вплотную, я в первом ряду стоял.
- Лицо знакомо, напомни, кто ты?
- Петров, под Иркутском, прошлым летом добровольцем был.
- А-а-а, как же, я тебя долго вспоминал. Лошадь не председатель, помню-помню. Ты как тут оказался, старлей?
