Услышав шаги конвоира, в коридоре было сильное эхо, многим оно действует на нервы, я повёл плечами, и бросил пиковый валет, на подачу от сокамерника. После прошлого избиения, синяков хватало, хотя работали аккуратно, не калеча. Вот и мои големы потом всех четырёх, следователя посчитал, также не покалечив отметелили до кровавых соплей. Почки опустили. Ночью, отлавливая по одному. Так что кроме силуэтов и сокрушающих ударов те вряд ли что запомнили. А мстить нужно всегда. Я и до этого мстительным типом был, а с усилителем эмоций вообще вошёл в абсолют.
Сегодня первое января, с Новым Годом, блин. Восемь дней уже тут на Лубянке, вторая неделя пошла. Причина проста, интерес к тому, откуда доставляю технику и вооружение, пополняя состав дивизии. Я ведь пополнил вооружение полка до штата, и комдив сделал хитрый ход, как майора мне дали, и я расплатился за это, взял и перевёл меня на должность главного снабженца дивизии. Хорошо там зам опытный, всю эту бюрократию знал, на нём она и была, ну и меня учил, так что пополнял дивизию. Я схрон в лесу у Подольска сделал, там всё что не испортится, домик с баней, разное снаряжение и вооружение. Освободил хранилище почти на пять тонн, полторы занято, вот и искал нужное со стороны немцев. Даже шесть «БА-10», в охрану штаба дивизии добыл. По одиночке доставлял. А тут комдива взяли и сняли, дали генерала и направили командовать стрелковым корпусом. На его место пришёл полковник Бакеев, с которым мы вообще не договорились. Потому как Гарцев знал, всё что снабженцы могут получить официальными путями, и я со своим замом пытался это сделать, мы получили, а вот что сверху, через меня, то есть, от немцев доставлял, и оформлял, это отдельно, собственно, и плата за это отдельная. Мне вон орден «Красной Звезды» на грудь упал, за отличие в воинской службе. Так что вооружение и технику я доставлял. А тут главный особист Бакееву предоставил все материалы, что собирал, и этот прямой как палка полковник начал требовать, всего и побольше. Отвечать не стал, козырнул и ушёл, освободив хранилище от того что не успел передать, как раз от немцев прилетел, и вернул своё, из схрона, что ранее выложил. Потом за неделю пришло официальными путями около ста винтовок «Мосина», новенькие, только с завода, для пополнения дивизии, и всё. Ну пустые склады, всё на Сталинград уходило. Я в отказ, не понимаю о каком снабжении речь идёт, что смогли, добыли. На меня дело завели, а дальше по цепочке и я вот тут оказался. Обвиняют в махинациях с вооружением и снаряжением. А это расстрельная статья, между прочим. Это всё главный особист начал, чую его руку.
Вообще нашим нужно помогать, дивизию я на две трети тяжёлым вооружением пополнил, с учётом того, что оставалось, уже до штатов довёл, до лёгкого стрелкового ещё не дошло, но тут сознательно пошёл на конфликт с командованием. А у нас с ним антипатия друг с другом. Не люблю, когда на меня орут, брызгая слюнями, да матом кроют. Чего мучиться, проще уйти. Запросы на перевод я писал, трижды, все три раза их рвали при мне. Поэтому решил по такому пути пойти. Дивизию я итак неплохо снабдил, дальше пусть воют как есть, свою отдачу я получил, осталось слезть с того в чём меня обвиняют, и на волю, получив новое назначение. Меня не устраивала дивизия при новом комдиве. Вот такие дела. Да, следователь выбивал те контакты, через которые я получаю всё, что дивизии передал. Их интересовали именно эти источники. Ну прям так и сообщу. Ничего не сказал. А вот шаги конвойного остановились у нашей камеры. Мы успели убрать карты со стола, они запрещены, когда открылся глазок и тот изучил, что у нас происходит. После этого открыл дверь и скомандовал:
- Петров, с вещами на выход.
