На этих словах, словно подводя итог разговору, октябрист разлил по рюмкам остатки коньяка, чокнулся с собеседниками и вдруг попросил:
– Алексей Николаевич, устройте мне встречу с Сорокоумом.
Сыщик даже растерялся:
– Вы меня, видимо, не поняли. Я не знаю, кто он.
– Пускай. Но вы давно в своем ремесле, можете придумать хитрый ход. Найти посредников и передать через них «ивану ивановичу»: Гучков ищет встречи.
– А…
– Зачем мне это нужно? Есть причины. Потом расскажу, с вашего позволения. А просьбу свою повторяю.
Лыков потер переносицу. Гучков ищет встречи. Вбросить эту информацию через Верлиоку? И проследив за толстосумом, выйти на атамана? А почему нет?
– Хорошо, Александр Иванович, я попробую. Но вы мне потом расскажете про…
– Ничего я вам не расскажу, – резко оборвал сыщика октябрист. – Иначе встреча не состоится. Ведь ее непременным условием должна быть полная секретность. Зачем Сорокоуму видеться со мной, если следом придете вы? А мне очень нужно познакомиться с этим человеком.
Тут барон неожиданно принял сторону гостя:
– Алексей, я присоединяюсь к просьбе господина Гучкова. Помоги ему просто так… Пожалуйста.
– Хорошо, попробую, – Лыков встал. – Честь имею!
И тут же сел обратно:
– Господа, погодите. Мы все знаем, что Петербургское охранное отделение филирует Александра Ивановича. Ну и как я устрою встречу? Это значит привести топтунов к главному злодею.
Бывший председатель Думы улыбнулся:
– Все будет хорошо. Наблюдение за мной скоро снимут.
Сыщик и генерал переглянулись. Таубе спросил:
– Мы чего-то не знаем? Нужно ждать новостей?
– Да. Вопрос о замене Макарова на Маклакова уже решен.
– Ну, это нам известно, – хмыкнул Алексей Николаевич. – Наблюдение-то отчего снимут? Маклаков с народными избранниками нянчиться не станет. Оставит слежку как есть.
– Он лично нянчиться не захочет, – согласился октябрист. – А вот его товарищ, которому поручат заведовать полицией, тот другое дело.
– И кто будет этот добрый человек? – закусил удила сыщик. Черт бы с ним, с министром, вон Макарова он не видал ни разу с тех пор, как вернулся на службу. А товарищ министра, курирующий полицию, – фигура для Лыкова очень важная.
– Им будет Владимир Федорович Джунковский.
Таубе с Лыковым одновременно скривились, словно хлебнули касторки.
– Что сей джентльмен понимает в сыске? – поразился статский советник.
– Ничего, – хладнокровно ответил Гучков.
– И?
– И будет тем не менее назначен.
– Но почему?
– Потому что так хочет Маклаков. Они приятели.
Алексей Николаевич начал горячиться, хотя это было бессмысленно:
– Стало быть, если я с кем-то в дружбе, то отсутствие деловых качеств и опыта уже не важны?
Октябрист удивленно уставился на собеседника:
– А вы что, не замечаете, насколько деградировала власть? Дальше будет только хуже. Знаете, почему Маклаков вот-вот станет министром важнейшего ведомства в системе государственного управления, за какие заслуги?
Виктор Рейнгольдович осторожно сказал:
– Он понравился государю, когда в должности черниговского губернатора принимал его в прошлом году. Конкретно, якобы возле раки Феодосия Черниговского Его Величеству пришла в голову эта мысль. Так мне пояснил военный министр.
– Если бы, – грустно промолвил Гучков. – Если бы так, еще куда ни шло. Но это версия самого Маклакова, для него более-менее лестная. Наш царь-батюшка – немного мистик и любит принимать решения под влиянием высших сил. Но, боюсь, все много проще. Черниговский губернатор хорошо подражает голосам птиц и очень смешит своими дарованиями царских детей.
– То есть? – не понял Лыков.
– Ну, я все сказал.
– А я таки не понял.
– Чего ты не понял? – вспылил Виктор Рейнгольдович. – Мне тоже говорили об этом знающие люди. Николай Алексеевич Маклаков понравился государыне, поскольку хорошо развлекал великих княжон и цесаревича. Ловко птиц передразнивает!
– А… но… нет ли еще коньяку?
Генерал нехотя направился к буфету. Когда солидные люди выпили еще по полчижика, сыщик спросил, ни к кому конкретно не обращаясь:
– Про Джунковского. Правду говорят, что он того…
– Педераст? – уточнил Гучков.
– Да.
– Не пойман – не вор.
– Он давно в Москве, а вы недавно из Москвы. Хорошо знакомы с генералом?
– Разумеется, мы знакомы. Более того, можно сказать, что у нас приятельские отношения. Поэтому, Алексей Николаевич… как там в сказках говорится? Не ешь меня, добрый молодец, я тебе еще пригожусь, вот.
– И он, сделавшись товарищем министра внутренних дел, снимет с вас филерское наблюдение? – настаивал Лыков.
– Снимет. Мы с ним это уже обговорили. И вообще, с его приходом вас ждет много новых веяний.
Алексей Николаевич понял, что пора закругляться. А еще что с Гучковым теперь придется дружить. Если не хочешь остаться без места…
