- Ты – темпор?.. – спрашивал Вольф аккуратно, настороженно, будто опасаясь услышать ответ. Паренек оживленно кивнул и, подавшись вперед, облокотился на свои колени, с интересом рассматривая пожаловавших к нему гостей.
- Меня зовут Райвен, - представился он, приветливо улыбаясь, - А ваши имена я знаю – я слышал, как вы болтали там, наверху. Вы так смешно меня боялись! – он снова расхохотался, запрокидывая голову. Среди копны темных волос что-то тускло сверкнуло, и девушка невольно присмотрелась внимательнее. Ей почудилось, что темпор закалывает волосы заколкой.
- Нам этот страх смешным не казался, - негромко пробормотала она и, резко шагнув вперед, сдвинула брови, - Куда ты дел моего брата и моего друга?!
Райвен склонил голову набок.
- Какая ты сердитая… - протянул он, и в голосе его явственно зазвучали нотки обиды, - Я же просто хотел развлечься, что тут такого? Мне скучно одному, люди редко забредают сюда… Знаешь, как было весело отправить Вольфа вперед по времени, а потом смотреть, как он пытается договориться с вами? – мальчишка опять захихикал, - Какие вы были смешные, когда он вдруг заговорил по-русски! А как весело сейчас наблюдать, как ваши друзья общаются с немцами в сорок втором!
- Сорок втором?.. – Вольфганг ощутил, как нехорошее предчувствие стиснуло ему горло, - Ты отправил их в сорок второй?? Верни немедленно!
Темпор удивленно моргнул и внезапно легко вскочил с трона, делая несколько шагов к гостям и разводя руки в стороны.
- Почему вы такие трусишки? Почему не можете просто поразвлечься вместе со мной? С вами так весело играть, поиграйте со мной! Вы пришли в мою цитадель – развлеките меня! Одному здесь так скучно, а с вами так весело… Особенно с тобой, - взгляд паренька уперся в Вольфа, и тот невольно отступил. Тот факт, что темпору особенно нравится играть с ним, парня как-то не радовал.
Мальчишка прищурился и в черных глазах его также, как и в прошлую их встречу, заплясало пламя. Вольфганг, ощущая, как в душе пробуждается страх, отступил еще на шаг и медленно повел головой из стороны в сторону.
- Я… я не трогал… твои кости… - охрипшим голосом пробормотал он, лихорадочно прикидывая, как защититься от существа, способного забросить его в любой отрезок времени, как убедить его не делать этого… как спастись самому и спасти Тату.
- Верно, - темпор склонил голову набок, продолжая сверлить немца испытующим взглядом, - А вот твой друг… Он меня так обидел в тот раз!
- Фридрих… - парень нахмурился, ощущая, как беспокойство и негодование вытесняют страх из его души, - Где он, что ты с ним сделал?!
Девушка, растерянно внимающая беседе этих двух странных собеседников – молодого мужчины и мальчика, солдата времен Второй мировой и темпора, забросившего его в другое время, - осторожно коснулась плеча первого, силясь успокоить его. С ее точки зрения, излишняя горячность сейчас могла повредить – в конечном итоге, они говорили с ребенком, с подростком, а те, как известно, народ нервный и чувствительный. Кто его знает, как он поведет себя, если вдруг обидится на них? Не хотелось бы вдруг самим оказаться где-нибудь в годы войны…
- Вольф, - она чуть сжала плечо молодого человека, - Держи себя в руках.
Парень, явно желающий высказаться в том смысле, что сейчас держать себя в руках не в состоянии, и вообще имеет полное право злиться, перевел на нее негодующий взгляд… но, прочитав в глазах девушки все, гложущие ее беспокойства и подозрения, заставил себя утихомириться и мрачно кивнул.
- Райвен… - Тата, решительно беря дело в свои руки, располагающе улыбнулась, - Скажи, чем тебя так обидел Фридрих? Вольфганг рассказывал нам, что он просто хотел помочь тебе, подошел, взял на руки…
Подросток надул губы и, скрестив руки на груди, вздернул подбородок. В волосах его вновь что-то сверкнуло, и девушка, приглядевшись, с удивлением убедилась, что это и в самом деле заколка. Странное украшение для мальчика этих лет, но кто этих темпоров знает, что у них в головах?
- Он распинал все кости! – темпор негодующе топнул ногой, - Он оттолкнул ногой череп! Это неправильно, неправильно, он не должен был так! Эти кости собирали многие до меня, мой дед, мой отец, он не имел права!
- Но ведь он просто хотел помочь… - немец устало вздохнул, изо всех сил стараясь изобразить ту же доброжелательность, что и девушка, - Он… он не хотел обидеть тебя, честное слово, наоборот – он хотел оказать тебе помощь! Мы думали… мы же не знали, что ты не человек.
Райвен рывком повернулся к нему.
- Все равно! Он должен был проявить уважение – они были когда-то людьми! А теперь он сам станет такими костями, - он неожиданно рассмеялся, вновь приходя в благодушное настроение, - Но пока он заперт, он развлекает меня, рисует картины! Ты знаешь, как он хорошо рисует?
- Знаю, - пасмурно отозвался Вольфганг, - До войны он учился… Хотел стать художником. Райвен, - он внезапно немного подался вперед, - Когда я видел Фридриха в последний раз, он практически умирал! У него был пробит висок, он говорил, что не доживет до утра…
Темпор легкомысленно махнул рукой.