В голосе не было ни злобы, ни провокации. Эмоции отсутствовали напрочь, остались только сдержанность и бесстрастность. Примерно так же Трей проживал свою жизнь.
— Извини. — Кэлли поежилась, голос прозвучал чуть громче шепота.
Хотелось сделать вид, будто он ее не цеплял. Что она была сильнее. Кэлли откашлялась, а Трей окинул ее глазами. Напряженный взгляд разжег ее искорку жизни.
— Не хотела тебе мешать.
Она распахнула дверь и вошла. Кэлли переступила с ноги на ногу. Между ними повисла тишина. Трей глядел на нее не отрываясь, не спеша и внимательно рассматривал каждую округлость и каждый изгиб. В контролируемом им молчании Кэлли чувствовала себя раздетой и уязвимой. Она не создана для этого. Она преуспела в передвижении и преображении. А Трей отказывался расти и меняться. И тем не менее было нечто в глубине его глаз, что подпитывало искру, которую она так жаждала.
— Я сказал Алекс, что не голоден, — грубо произнес он и оттолкнулся от каминной полки.
Трей повернулся к ней лицом и запихнул руки в карманы джинсов, из-за чего они немного сползли и обнажили тонкую полоску загорелого пресса.
— Мы в курсе, что ты ей сказал. И если ты продолжишь «говорить» такие слова, то к четвертому классу ей придется уже поступать в колледж.
Слова сорвались с губ, и, стараясь скрыть нахлынувший румянец, Кэлли отвернулась.
Трей расплылся в ухмылке, которая столь же быстро исчезла.
— Твоя мама переживала, что ты не поужинал. — Кэлли робко сделала несколько шагов по хижине и поставила тарелку на огромный островок. — Ого, здесь потрясающе, — прошептала она и направилась к лестнице.
Трей последовал за ней, наблюдал, как она пробегалась пальцами по вырезанным вручную перилам.
— Твоя мама рассказывала, что отец отдал тебе этот домик, когда ты был еще мальчишкой.
Кэлли встретила взгляд зеленых глаз, и внутри свернулось тепло. Она указала на лестницу.
Трей кивнул.
— Спальня.
Она опустила глаза и откашлялась.
— Она говорила, вы с братом и отцом проработали здесь бесчисленное количество времени.
Это не было вопросом, но когда она глянула на Трея, он вновь кивнул. Его глаза походили на лед и пламень, и она снова в нем затерялась. До этого самого момента она и не подозревала, что мечтала об этой увлекательной смеси из боли и комфорта.
Чтоб выдраться из транса, в который он ее погрузил, Кэлли подошла к выходившим на задний дворик окнам.
— Представить не могу, насколько тебе важно это место, — благоговейно проговорила она и посмотрела на отражавшийся в речке заход солнца. — Как красиво.
Внезапно в окне появилось его отражение, но смотрел Трей не на закат, а на нее, и Кэлли знала, что за борьба бушевала у него внутри. Его желание уцелеть и при этом не чувствовать ничего, кроме пустоты, противоречило необходимости держать каждую эмоцию под контролем.
Трей слегка провел пальцами по тяжелой косе, спадавшей по центру спины, и она задержала дыхание.
— Трей, — опустив глаза, прошептала она, не имея понятия, что еще сказать.
Он стянул резинку и неспешно начал расплетать волосы. Кэлли вздрогнула, когда, двинувшись выше, он продолжил освобождать волосы от плетений. Трей сделал шаг ближе и прислонился к ней лбом. Медленно и едва ощутимо он провел пальцами по ее рукам и плечам и дошел до затылка.
— Мне больше нравятся распущенные.
Он запустил пальцы в волосы, распутывая и разделяя, отчего они рассыпались по спине. Осторожно ухватил несколько прядей и притянул Кэлли к себе, а второй рукой обвил тонкую талию. Она ахнула, испытываемое наслаждение шокировало. Кэлли тут же завела руку за спину и дотронулась до его ноги.
Жаркое дыхание поддразнивало ухо, и колени у нее подогнулись.
— Для чего ты на самом деле здесь, Кэлли?
Она попыталась заговорить, но прикосновения Трея вынудили молчать. Его голос, его аромат. Она чувствовала только его. Резкое дыхание, прижатые к животу ладони. Он начал слегка раскачиваться. Она закрыла глаза и наслаждалась их нежным соприкосновением.
Немного агрессивно Трей притянул ее ближе и спрятал лицо у нее на шее. Дышала она с трудом, но не из-за боли, а из-за разгоревшегося внутри пламени.
— Ответь, Кэлли, — потребовал он. — Зачем ты здесь?
— Ради твоей мамы, — тяжело дыша, отозвалась она.
— Возможно, — зашептал он и пощекотал кончиком языка нежное местечко за ухом, — ты могла бы находиться здесь и ради меня?
Кэлли вновь уловила отражение в окне и на этот раз разглядела не Трея, а его сломленность.
Что она творила? Кэлли вырвалась из транса и развернулась к нему. Трей стоял так близко и был таким всепоглощающим. Крепкими мощными руками он обнимал ее за талию и привлекал все ближе. В надежде установить небольшую дистанцию она опустила ладони на его сильную грудь, правда, совсем того не желала. Взгляда она не поднимала, зная, что сойдет с ума, если заглянет ему в глаза.
— Вряд ли это хорошая идея.
Он уткнулся лицом ей в волосы и глубоко вдохнул.
— А я считаю эту идею фантастической. Это никого не касается. Это может стать нашим маленьким секретом. — Он замолчал и крепко прижал ее к себе. — Как и наш вчерашний танец.
