Графу Де По помогли встать и посадили верхом на коня, так же как и Маринуса Де Бурбона, о котором заботился Шико.
- Господа! Друзья мои! Вернёмся поскорее в Оленвиль, - призвал король.
Подниматься на лошадях по крутому склону было невозможно тем более, когда земля превратилась в жидкую грязь, поэтому пришлось ехать в объезд, к счастью ,дождь прекратился, и слуги могли освещать путь зажженными факелами.
Де По и Де Бурбон скромно держались в стороне, не осмеливаясь даже высказать благодарность за спасение своих жизней королю Генриху.
- Господин Де Бурбон, - позвал король, - и господин Де По, почему вы меня сторонитесь? Неужели вы до сих пор держите какую-то обиду на меня?
- Что вы, государь! - воскликнул Де Бурбон, - мы падаем ниц пред вами! Вы наш спаситель, наш благодетель! Мы любим вас ещё больше чем прежде! Клянусь честью!
Генрих улыбнулся.
- Я волновался за тебя, Маринето, какое счастье что ты в порядке! Возблагодарим за это чудесное спасение Бога. Завтра мы совершим крестный ход!
- Да, государь, - склонив голову, ответил герцог Де Бурбон.
- Но почему ты молчишь, Де По? - осторожно и с заметным трепетом в голосе спросил Генрих.
Шико, не сдержавшись, поморщился от жалости к Генриху.
- Я молчал, потому что молился за моего спасителя, за смелого и доброго короля Генриха, - кротко ответил Де По, опустив глаза.
- Ты молился за меня, Натаниэль! Какое милое благодеяние. Я тронут. Ты вознёс благодарение Богу, а что ты скажешь мне?
- Месир, я посвящу себя служению Вашему Величеству, чтобы вы никогда не раскаялись в том, что спасли меня сегодня.
- Как ты можешь так говорить, - укорил его король.
- Я говорю так лишь потому, что не осмеливаюсь озвучить то, что чувствую на самом деле,- тихо ответил Де По, но Генрих услышал.
- Так говори. Видишь, я страдаю от твоего молчания.
- О нет, молю, позвольте мне сохранить эти слова в сердце. И в день, когда мы не сможем быть вместе, я вспомню их, чтобы быть с вами на веки.
- Обещаю, больше не принуждать тебя ни к чему, потому не говори если не хочешь, хотя это и болезненно для моего сердца - кусая губы, ответил Генрих, - но всё-таки, если передумаешь, то не бойся, я всегда хочу говорить с тобой. Если только моя любовь тебе важна. Потому, что ты говоришь одно, а делаешь другое.
Граф Де По замолчал как того требовало от него благоразумие и красноречивые взгляды его брата.
В тишине процессия добралась благополучно до замка, и все участники Крестового Похода против волков, включая Христианнейшего из королей, отправились почивать.
Единственным, кому не спалось, был Маринус Де Бурбон. Во-первых, его сильно взбудоражило происшествие, приключившееся с ним, а, во-вторых, он часто страдал бессоницами от нервных страхов, как раз такие стали терзать его сегодня ночью.
Поэтому герцог уселся в гостиной и принес себе подогретого вина. Тут же его одиночество нарушил шорох. Маринус вздрогнул и блуждающим взглядом осмотрел комнату.
Тёмную гостиную освещал лишь оранжевый огонь в камине. Ветки вишни и абрикосового дерева трещали, выплёвывая искры и наполняли гостиную тихим ропотом. В глубоком кресле напротив сидел Шико, длинными узловатыми пальцами обхватив подлокотники из наполированного красного дерева, сливаясь с полутьмой. Он расстегнул ворот своей камизы, сняв колет и тёплый пурпуэн.
-А это вы, господин Шико!
-Да это я!
Маринус поежился, вперившись взглядом в вырез сорочки Шико, открывающей его жилистую длинную шею.
- А я никак не могу согреться, тело так и колотит дрожь. Мне кажется, я до следующего лета не согреюсь, - сказал герцог Де Бурбон, подсаживаясь ближе к огню.
- А у меня кровь в венах, словно кипящая смола. Сердце бьётся как бешенное, я всё не отойду от …
- Встречи с волками?
- Нет, от восхитительного появления Генриха верхом на коне. Как он срубил голову зверю! Я в восхищении!
- Да, - ответил Маринус понимающей улыбкой, - стоит вам исчезнуть с глаз короля, как вы, господин Шико, начинаете обсыпать Его Величество комплиментами и нежными вздохами как влюблённый.
- Что? Да как вы смеете! Я ненавижу Валуа всем сердцем! - отшутился Шико, не сумев скрыть смущения, отчего Маринус ещё более самодовольно заулыбался.
-Он и правда был великолепен! - стал оправдываться Шико. - Голова волка ещё пару мгновения скалилась, а кровь пульсирующими оттоками вытекала из горла, ещё прогоняемая сердцем животного, так молниеносен был удар короля!
Маринус зажал рот ладонью и безвольно откинулся на спинку кресла.
- Ах, сударь, прошу прощения, я и забыл, что вы не выносите этих разговоров, как предупреждал меня ваш братец Де По! - Шико подул Маринусу на лицо.
Притом, низко склонившись над герцогом, Шико ощутил приятный сладкий аромат как от мармелада.
-Флер Де Оранж, - прошептал Шико, отстраняясь.
- Что? - Маринус оправился и выпрямился, став водить безотчётно руками по запястьям.
Шико поднёс вина, но Маринус вежливо отказался.
- Лучше лимонада, - проговорил герцог.
-Вы что не только пьете флердеоранжевую водицу, но и поливаетесь ей?
-Нет вовсе.
-Но вы пахнете как аппетитный кусочек мармелада.
-Это все мои духи, флер де оранж и дамасская роза.
