– Аргентинское танго – это именно про отношения, – говорил Андрей. – Про взаимодействие, про партнерство. Про умение не только говорить, но и слушать. Про то, как быть одним целым, одновременно будучи двумя отдельными личностями. А перед тем как начать наш урок, мы с моей партнершей по танго и по жизни вам станцуем.
Тут в зал вошла Рио-Рита – прекрасная, загадочная, вся вызов и огонь. И они с Андреем танцевали под музыку, которая не могла не зацепить любого человека, у которого есть сердце, – она была лирична и прекрасна…
Это был танец не на публику, хотя на них и смотрели. Не было в нем ни акробатических трюков, ни эффектных поз. Была только красота и любовь, и только эти двое, которые танцевали друг для друга. Перетекание двух тел, которые, кажется, стали бескостными, оплетая друг друга шелковыми прикосновениями. Это зрелище завораживало. Разумеется, в финале все аплодировали, после чего Рита, улыбнувшись и не сказав ни слова, упорхнула.
– Ну и запомните, что на милонгах не принято аплодировать, – сказал им всем Андрей и начал урок с простых, но таких сложных базовых парных шагов.
На протяжении всего занятия Руслан постоянно наблюдал за Олей, за выражением ее лица. Нравится ли ей? Не разочарована ли?
– Как тебе? – спросил он в перерыве.
– Интересно, – откликнулась она. – Это все для меня так ново… так необычно. Кажется, я начинаю понимать, что АТ действительно не просто танец, а целое мировоззрение. Возможно, несколько романтизированное, но в нашей жизни подчас так не хватает романтики…
Когда ехали домой, Оля молчала так долго, что Руслан уже начал тревожиться. Но тут жена наконец заговорила.
– Знаешь, я сейчас с таким с удивлением прислушиваюсь к себе, – поделилась она. – У меня после этого урока такое воодушевление! Словно внутри разжалась какая-то пружина. Появилась легкость, ощущение парения, что ли… И вот это упражнение с самого начала, когда тянешься вверх за макушку и вниз от центра тяжести – оно так выправляет осанку! Вот захочешь, а не сядешь, сгорбившись, как старикашка. Да и не потянет уже так садиться!
– Ну, что, будем ходить к Андрею? – волнуясь, поинтересовался Рус.
– Знаешь, пожалуй, будем, – согласилась она. – Мне у него понравилось. Очень все внятно, четко, последовательно и неспешно. А два раза в неделю – совершенно необременительно, тем более вечером.
Похоже, ей действительно понравилось, и это осознание переполняло его ощущением невероятного счастья.
Приехав на Волгоградку, Руслан тут же написал Андрею, что ради жены уйдет из старшей группы к начинашкам, но будет периодически ходить к нему на индивы.
– Самый правильный подход, – одобрил преподаватель. – Хотя на какое-то время ты из танцора станешь нянькой.
– Ничего! Я привычный. У меня двое детей.
– Значит, опыт есть. Ну, если что, я на телефоне. А так – на милонги рекомендую уже месяца через три появляться вдвоем.
Как-то вечером все в той же старой квартире Руслан постучался в комнату дочки.
– Мышка, хочу пожелать тебе спокойной ночи.
– Ой, погоди, пап, не сейчас! – крикнула та через дверь.
Пожав плечами, Рус в недоумении удалился. Но едва уселся на кухне и открыл ноутбук, чтобы немного поработать на сон грядущий, как примчалась Мышка в пижамке с разноцветной аппликацией, изображающей шарики мороженого.
– Извини, папуль! – она с разбегу чмокнула его в щеку. – Ты, надеюсь, не обиделся? Я просто с Егором говорила…
– И как он? – как можно нейтральнее поинтересовался Рус. – Билеты домой уже взял?
– Еще нет, но вот-вот.
Мышка открыла холодильник и принялась с задумчивым видом обозревать его нутро. Похоже, драконовский женский закон «Умри, но не ешь после шести» на ее возраст пока еще не распространялся.
– Может, когда он приедет, мы с ним все же сумеем помириться, – вздохнул Руслан. – Теперь, когда мы с мамой снова вместе. Может, со временем он простит мне, что я тогда ушел…
– Так дело вовсе не в этом, пап, – хмыкнула Мышка, не оборачиваясь к нему. – Не в том, что вы с мамой разошлись. Конечно, тогда никто из нас этому не обрадовался. Но Егор взрослый человек и понимает, что между людьми может быть всякое. И то, что мужчина расстается с женой, вовсе не значит, что он расстается и с детьми. Даже я это поняла. Со временем…
– А в чем же тогда дело? – изумился Рус.
– Он обиделся, что ты поступил «как всегда», – дочь по-прежнему не глядела в его сторону, изучая содержимое холодильника.
– В каком смысле?
– Сделал все по-своему. Как ты всегда это делаешь. Даже не поговорил с ним. Со мной поговорил, все объяснил. Я поняла. А с ним – нет.
– Но я думал… – начал было Руслан и запнулся на полуслове.
– Знаешь, папа, как Юлия Владимировна, наша психолог, говорит? – Мышка наконец извлекла из недр холодильника сырную нарезку и масленку и удостоила отца своим вниманием, повернувшись к нему. – Не надо думать за других. Пусть они подумают сами и сами скажут тебе, что надумали.
– А почему как всегда-то? – поинтересовался Руслан, придвигая ей хлеб и подавая нож.
