– Ну, видишь ли… – Мышка занялась сооружением бутерброда. – Брат считает, что ты всю жизнь пытаешься решать все за него. С универом, и вообще… Помнишь, как он хотел поехать с другом и его семьей дикарями в Крым? И мама была не против, но ты его не пустил. И мы поехали по Золотому кольцу… Или занятия английским с репетитором. Егор всегда говорил, что этот английский ему на фиг не сдался, он и сейчас так считает. Но ты его заставлял… Или взять эти твои бесконечные разговоры об универе. Ну не знал Егор в школе, куда хочет поступать! И хочет ли вообще. Он и сейчас этого еще не решил. Но ты давил, давил, давил на него: учись давай, а то не поступишь, а поступить надо обязательно… А его мнения ты даже не спросил!
Выплеснув все это на совершенно огорошенного отца, Машка увенчала свое кулинарное творение ломтиком огурца, полюбовалась на результат и, судя по всему, осталась им довольна.
– А вообще, папуль, ну зачем ты со мной об этом говоришь? – выдала она после паузы. – Какой-то испорченный телефон получается. Поговори с Егором, когда он приедет. Все, я пошла, спокойной ночи!
И Мышка удалилась к себе, жуя на ходу бутерброд.
А Руслан так и остался сидеть за кухонным столом перед давно потухшим экраном монитора.
Как у Мыши все просто – «поговори»! Если бы Егор хотя бы разговаривал с ним… Но даже если бы у них и получилось как-то пересечься и пообщаться, Рус теперь даже не представлял, что и как нужно сказать сыну…
В удачно выдавшиеся погожие выходные – весьма вероятно, последние теплые дни в этом году – решили торжественно закрыть сезон и сделать большой семейный выезд на дачу к Вележевым с детьми и родителями. Все ждали субботы с нетерпением. Борис Васильевич и дядя Костя и так уже давно перезванивались, но увидеть друг друга воочию – совсем другое дело.
По приезде все началось, как обычно, с угощения, как всегда, «царского» – в этот раз тетя Света и Людмила особенно расстарались, – которому отдали должное все до единого. Мыша слопала столько, что Руслану оставалось только недоумевать, как в его малышку могло влезть такое количество еды.
– А что? Вкусно же! – оправдывалась девочка, ловя недоуменные взгляды родителей.
– Ешь, ешь, Машенька, – успокаивала ее тетя Света с той самой интонацией, с которой когда-то давным-давно ее покойная мама, бабушка Володи, угощала пирогами маленького Руську. – Не слушай никого. На воздухе всегда хороший аппетит. Потом пойдете гулять – все растрясете.
Даже Борис Васильевич, который, по выражению Оли, обычно не ел, а только клевал, в этот раз изменил себе и был очень благодарен сыну, который втихаря подсунул ему упаковку ферментов для пищеварения.
Отобедав, разбились на группки «по возрастам и по интересам». Мышка как банный лист прилипла к Русу-младшему и его Катерине и не отходила от них ни на шаг, куда бы те ни отправились – на прогулку, играть в волейбол или в гости к соседям-ровесникам. Старшее поколение уселось в гостиной предаваться воспоминаниям. Люда и Оля убирали и мыли посуду, болтая при этом так оживленно, будто не увиделись второй раз в жизни, а были задушевными и давними подругами с детства, как и их мужья.
– Ну наконец-то не о работе, а о своем, о девичьем, почирикать, – смеялась Людмила.
Что же до Руслана с Володей, то они, как уже стало для них здесь доброй традицией, удалились в беседку, прихватив с собой графин с кисленьким домашним морсом (ночевка на даче не планировалась, так что сегодня обходились без спиртного).
– Братишка, мне очень нужно с тобой поговорить, – с места в карьер начал Руслан.
Ему и правда сейчас было жизненно необходимо пообщаться с другом. Посоветоваться, как Рус продолжал называть это про себя. Он, конечно, прекрасно помнил, что Володя, как любой хороший психолог, никогда никаких советов не дает. Но общение с ним было лучше всяких советов. Каждый раз после разговора «с братишкой» возникала полная ясность. Все становилось на свои места, и вырисовывалась стройная картина планов – что и как нужно делать дальше.
Вот и сейчас Руслан пересказал другу то, что недавно узнал от Мышки: оказывается, сын не разговаривал с ним совсем не из-за развода с Олей. То, что Рус не догадался сразу поговорить с ним и все объяснить, просто стало для Егора последней каплей. А так обида и недовольство отцом копились в парне давно. Вдруг выяснилось, что Егор уже много лет считал его, Руса, чуть ли не домашним тираном, который постоянно давит на сына, заставляя его жить только по своей указке.
– Может, я и правда иногда перегибал палку… – нехотя признал Рус. – Но Егор всегда был такой упрямый, вечно себе на уме – как тут не давить? Хоть ту же учебу взять. Дай я ему волю – он бы вообще в школу не ходил. Учиться же необходимо! И высшее образование обязательно получить надо, как же без него?
– Примерно так, как живут процентов шестьдесят людей в мире, – пожал плечами Володя.
– И что, они хорошо живут? – возмутился Рус.
