Двери раскрылись, кто-то, ведя лезвием по полу, прошёл к лестнице, закрыл проход. Сандрия всматривалась в темноту, но ничего не могла увидеть. Некто копошился, прозвучало черкание кремня, искры, и подвал залило тусклым светом. Легионер, держа факел над окровавленной головой и опираясь на меч, начал спуск. Он хромал, пластины его доспеха были багряного цвета, лицо бледным, словно полотно. Легионер сделал шаг, преодолел пару ступенек, вдруг соскользнул и покатился вниз. Ни Сандрия, ни Антониан не услышали за грохотом стали, как хрустнула его шея. Факел прокатился почти к ногам узников, солдат же рухнул в паре локтей от них. Сандрия присмотрелась — в руке, что пару мгновений назад сжимала меч, на кончиках пальцев зацепилась связка ключей.
— Антониан, — одними губами произнесла Сандрия и потянулась правой ногой к телу.
Её брат же заметил другое — рваные раны в местах, где разошлись и разбились пластины. Такие порезы не мог оставить ни клинок, ни лезвие топора. Даже Марий, несмотря на весь его дикий видок, резал ювелирно.
— Сандрия, — сказал Антониан, чувствуя, как сушит его горло. — Посмотри на него…
Его сестра тем временем ухитрилась стянуть сапог с ноги, чтобы зацепить ключи. Она была настолько поглощена этим занятием, что совершенно не обращала внимания на тело легионера. Антониан поднял голову — свет факела не доставал до двери, но она была закрыта. На замок ли?
— Наконец-то, — Сандрия подбросила ключи так, чтобы они приземлились между её ног.
Она начала возиться, глухо звеня цепями. Их приковали к стальному кольцу, вмурованному в пол, от которых тянулись к запястьям рук цепи. Вскоре Сандрия освободилась и подползла к Антониану, что до сих пор не отрывал взгляда от скрывающейся во тьме двери. Он уловил еле слышные здесь крики.
Как только цепи спали, Антониан схватился за факел, приподнял его — дверь оставалась запертой. Он склонился над телом, не обращая внимания на нахмурившуюся Сандрию — он не ошибся, раны нанесли длинными когтями, а около локтя на разорванном кожаном рукаве были отчётливо видны следы зубов.
— Сандрия, — он кивнул на легионера. — Посмотри же на него… его убил не человек. Зверь.
— Зверь, — Сандрия присмотрелась. — Святые боги…
Она старалась не повышать голос — но даже в полную силу, не переходя на крик, сестра говорила тише брата, который зачастую не замечал, что уже давно не шепчет, как сейчас. Это ужасно её раздражало, но сейчас… место раздражения занял страх.
— Что за тварь могла напасть на стражников Ветер и её наёмников? — прошептала Сандрия.
— Не имею представления, — произнёс Антониан. — Не думаю, что чудовище мог послать Эриганн… хотя кто его знает. Только боюсь, нас в таком случае записали в мертвецы. Живы мы или нет…
— Нас всё-таки кинули, я…
— Хватит. Это уже не важно, — Антониан подал сестре меч легионера. — Главное, выбраться.
— Думаю, нужно остаться здесь, — Сандрия взяла брата за руку. — Подождём, пока оно закончит, и…
За дверью что-то грохнуло, брат и сестра не разобрали — то ли развалилась мебель, то ли удар обрушился на дверь. Сандрия сжала меч так, что хрустнули костяшки пальцев, оглянулась на Антониана — тот лихорадочно искал выход. Ещё удар — теперь явно по двери.
— Проклятие-проклятие-проклятие, — шептал Антониан, дрожащей рукой водя факелом по стене. — Решётки!
В подвале поместья было лишь одно оконце — узкое, но вполне пригодное для того, чтобы через него вылезти наружу. Всего два металлических стержня перекрывали раму: не особо толстых, но достаточно крепких.
Ещё удар, вслед — нетерпеливый звериный рык, напоминающий медвежий. Сандрия могла только гадать, что за тварь уничтожила гарнизон магистра и её прислугу, а быть может, даже саму Ветер. К Антониану вернулось самообладание, он установил факел на подставку и лихорадочно осмотрелся. Сандрия выставила меч наизготовку — ещё удар, и с двери слетело что-то металлическое.
Антониан зазвенел цепью, перекинул её через один из прутов, проверил её прочность и, навалившись всем телом, начал тянуть на себя. Существо забило чаще, послышался треск дерева. Сандрия молила всех богов: и норзлинских, и имперских — всех, о которых она хоть раз слышала и смогла запомнить.
Антониан упал, зазвенела сталь — прут сорвался. За дверью повисла тишина, но лишь на мгновение — зверь начал рвать преграду с удвоенной силой. Сандрия спрятала меч за пояс, подбежала к брату, он уже перекинул цепь на второй прут, и взялась за другой конец. Жалобно пропел металл — и заветная свобода!
— Лезь! — крикнул Антониан, хватаясь за факел.
Сандрия зацепилась за раму, подтянулась и оказалась на улице. Дверь грохнула, раздался протяжный рык и вопль Антониана. Сандрия протянула руку, хватая брата за плечо и помогла пролезть. Клацнули зубы совсем рядом, но жертву они так и не нашли. Факел остался на полу в подвале, и Сандрия увидела силуэт чудовища — размером почти с лошадь, косматую, с горящими алым злобными глазами. Чудовище хрипло выдохнуло, скребануло когтями пол подвала и скрылось в темноте.
— Через ограду! — Сандрия поставила Антониана на ноги и рванула за плечо.
