Цепкие стебли спутали мне ноги, обхватили колени, поднялись по туловищу и сдавили грудь, добрались до плеч, стянули шею. Правую руку, держащую меч, лианы окутали плотнее всего, вместе с мечом, не давая им даже пошевелить. Левая рука ещё двигалась, но и ей оставалось недолго.
Колючая сеть сковала, окутала со всех сторон, будто меня проглотил удав. Шипы доставляли боль, стебли не просто насадили моё тело на иглы, но ещё и разрывали его на части.
Херефорд оставил посох в полу, чтобы Терновник не иссяк, и подошёл ко мне. Гнева в его глазах я больше не увидел. Он приблизил ко мне своё бледное лицо и спросил:
— Ты смирился?
— Не дождёшься, — процедил я сквозь зубы.
— Ты перестал верить в свободу?
— Хрен тебе, приятель.
Херефорд улыбнулся и указал себе за спину.
— Тогда посмотри туда.
Я проследил за его рукой и увидел щит Софи.
На нём остался всего один слой. Она держала эрг из последних сил — это было уже заметно: слой сферы дрожал и тускнел с каждой секундой.
— Ну как тебе? — поинтересовался Херефорд, не глядя на меня, а наблюдая за тем, как тает моя единственная надежда.
Ничего не отвечая, я сжал левую ладонь в кулак и потянул руку вверх, к груди, преодолевая сопротивление стеблей Терновника.
Он давил на меня, а я давил на него. Шипы рвали тело, но я продолжал поднимать руку.
Херефорд повернулся ко мне в тот самый момент, когда лианы, державшие меня, лопнули. По Терновнику пронеслась дрожь.
Я отвёл руку назад и провёл короткий и точный удар.
Кулак угодил Херефорду под подбородок, и если бы я был человеком, то противник просто отшатнулся или, не удержав равновесия, упал бы на спину. Но человеком я не был, а значит, и мой апперкот не был человеческим…
Херефорда отшибло вверх, под самый потолок, удержаться ему не помогли даже крылья. Он рухнул прямо на свой посох, торчащий из пола. Посох треснул, тело Херефорда сделало кувырок и ударилось в стену.
Терновник Милосердия, потеряв связь с посохом, тут же развалился и дряблыми ветвями попадал к моим ногам. Пока Херефорд не поднялся и не дотянулся до своего оружия (оно хоть и треснуло, но вряд ли потеряло силу), я бросился на него. По пути подобрал второй клинок и подскочил к противнику.
Длинноволосый юноша успел лишь приподняться на локтях, посмотреть мне в глаза и прошептать:
— Хороший удар…
Оба чёрных клинка вонзились ему в грудь. Я провернул их внутри тела Херефорда, быстро рванул в бока и, ещё раз размахнувшись, рубанул по плечам, отсекая противнику обе руки.
Херефорд не издал ни звука, даже не дёрнулся.
Он смотрел на меня и ждал, когда я завершу схватку его смертью, ведь не только он знал мой мортем, но и я — его.
Я положил мечи на пол, обернулся и отыскал глазами белый посох, вытянул руку в его сторону, и оружие Херефорда, перекатившись по изуродованному полу, поднялось в воздух.
В моей ладони оно оказалось уже через пару секунд. Посох опалил мне руку, но я стерпел. Занёс оружие над лежащим передо мной противником, направив трезубец ему в шею. Поднял его выше… ещё выше…
— До встречи, мистер Смит, — попрощался Херефорд.
— Свидимся, — ответил я.
Прозвучал глухой удар.
Наконечник посоха пронзил шею юноши, так в нём и оставшись. Херефорд закрыл глаза и выдохнул, а вместе с дыханием исчез и он сам, и его белое оружие. Только тело бездыханного волхва осталось лежать посреди зала.
Я поднял с пола мечи и выпрямился.
Больше никто не мешал мне добраться до маленького человека в кресле, а он всё ещё сидел в нём, откуда и наблюдал за сражением сильнейших.
Он улыбался.
Этот червь улыбался!
— Ну чего стоишь? — спросил он.
Я рванул через зал, преодолев его за мгновение, и горой навис над человеком, а тот даже с кресла не встал, даже глазом не моргнул. Он продолжал улыбаться.
Меня захлестнул гнев.
В дело пошли мечи, но ни один из них не смог даже приблизиться к человеку в кресле. Клинки жалобно звякнули, будто натолкнулись на невидимую преграду.
— Ты не сможешь меня убить, — сказал человек. — Потому что я твой Хозяин. А теперь поклонись, тёмная тварь!
Он поднялся с кресла и вытянул вперёд правую руку с Печатью. Рисунок льва сверкнул на перстне, завораживая блеском.
— Приказываю, поклонись мне! — повторил человек и сжал ладонь в кулак.
В памяти тут же всплыли слова Херефорда: «
Он оказался прав.
Мы проиграли.
Я склонил голову перед своим Хозяином.
— На колени, — был его следующий приказ.
И я опустился на колени.
«
— Целуй перстень. Ну! — Человек приблизил ко мне кулак с Печатью. — Ну же, не стесняйся! И не заставляй меня ждать!
Я склонился низко, почти приник к полу, и прикоснулся губами к ненавистному перстню.
