Радослав шел узкой тропинкой. Анна следовала за ним в паре шагов. Он знал, чувствовал, что она не человек. Но не боялся ее. Шел уверенно, тысяча раз хоженой дорогой до капища. Когда она пришла к нему, он удивился. Но не более. Пути богов неисповедимы. Несколько лет назад, он пару раз видел ее, приезжающей на богомолье в Кириллов монастырь. Обычная молодая дворянка, для которой поездка на паломничество в монастырь, вносила хоть какое-то разнообразие в череду привычных будней. Сегодня, рано утором, когда она показалась на пороге дома где он остановился в Моде, Радослав сразу ее не признал. Да и не мудрено. Столько лет прошло. Провидение приводило к нему самых разных людей. Почему он должен был удивиться, если боги привели к нему упырицу.
— Здесь.
Радослав остановился на опушке небольшой поляны. Идолы терялись в тени деревьев и были чуть заметны. Темные тени на фоне темных стволов. Плоть от плоти леса и тьмы. Анна стала рядом с волхвом. Втянула тонкими ноздрями ночной холодный воздух. Не по-человечески, по-звериному. Обошла молчащего Радослава и уверенной походкой пошла прямиком к постати Мары. Подошла совсем близко. Замерла, вглядываясь в рубленные черты лика. Провела рукой по шершавому дереву. Острая щепа вонзилась в палец. Анна не почувствовала боли. С удивлением посмотрела, как небольшая капелька темной крови уходит в дерево, как вода в песок. Тут же почувствовала под пальцами легкую дрожь. Она порывисто прижалась всем телом к идолу и замерла.
Какое-то время ничего не происходило. Потом по вершинам невидимых деревьев пробежал легкий ветерок. Листья зашумели, заполоскались. Легко, чуть слышно. А в голове Анны в этом хаотичном шуме послышались слова. Голос был легкий, шелестящий. Под стать трепету листьев.
— Зачем пришла?
Анна пробовала что-то сказать, но язык и губы не слушались ее. Тогда она просто подумала в ответ.
— Я хочу убить человека. Мужа. Силина.
— Зачем тебе я. Ты и сама можешь его убить.
— Я не могу. На нем твой знак!
Шелеп листвы, стал похож на легкий смех.
— А потом, — Анна притихла, подбирая слова, — я хочу ему не просто смерти.
Анна замолчала. По дороге к Радоставу и потом по пути на капище она придумывала самые жуткие и страшные мучения для своего мужа. А тут …Она растерялась и не знала, что сказать.
— Мучений хочу ему, таких чтобы он умереть мечтал, а смерть к нему не приходила, потому что ей страшно было приблизиться…
Анна выпалили эти слова одним махом. Мара не отвечала. Потом раздался ее голос. Тихий и, как показалось Анне, печальный.
— Ты очень многого хочешь, — голос Мары замолк, так если бы она о чем-то задумалась. — Ты знаешь, я не могу тебе отказать, раз ты меня попросила. Я не в силах отказать в просьбе своим…детям. Что ты мне принесла взамен?
— Я…я…не знала…
Анна растерялась. Как она могла забыть принести жертву. А Радослав? Почему не сказал, не предупредил? Она обернулась на волхва. Тот стоял, вытянувшись по струнке с закрытыми глазами. То ли подчиняясь шепоту в голове, то ли из-за своего собственного внутреннего порыва, Анна неуверенно вынула гребень из волос и положила его под ноги идола.
— Я могу сделать что ты просишь, хотя не хочу. Но и ты должна заплатить цену.
В голосе Мары, который до этого звучал в голове Анны тихим шелестом сухими листами, промелькнули звуки надвигающейся грозы.
— Не хочешь? — Анна сказала это в голос.
— Не хочу, — в шелесте послышался звуки отдаленного грома, — А что можешь предложить мне ты? Гребень… Этого мало. Мне нужна жертва. Настоящая. Потому что ты просишь очень много.
— Я знаю, что тебе нужно, — Анна говорила быстро, торопясь, как будто боялась, что ее кто-то перебьет. Или что у нее самой не хватит решимости продолжать, — Я дам кровь. Свою… Всю.
Анна закончила и чуть отодвинулась от идола.
— У тебя нет своей крови. Ты не человек, — слова падали как удары молота по наковальни.
— Нет…нет…я знаю… У меня есть еще моя кровь. Осталась. Настя… Дочь! В ней есть моя кровь. Кровь за кровь. Жизнь за жизнь!
— Ты готова отдать свою дочь?
В голосе Мары не было удивления, скорее интерес.
— Да, готова! — Анна сорвалась на крик, — Ненавижу ее, силинское отродье! Не-на-ви-жу!!! Возьми ее! Она твоя!
Ветер ударил по верхушкам деревьев с такой силой, что с хрустом сломалось несколько веток. Потом наступила тишина.
— Ты слышала! Что? Ответь мне! — Анна крикнула во весь голос. Где-то в чаще взлетела в воздух стая невидимых птиц.
— Ответь! Отве-е-еть!
Ответом была тишина. Анна снова прижалась к идолу и заплакала. Упыри тоже умеют плакать. Кровавыми слезами.
Ответь, ответь… — губы Анны чуть слышно шептали, прижимаясь к струганой древесине, — Ответь…
— Пойдем.
Анна и не заметила, как подошел Радослав. Оторвалась от идола, выпрямилась и пошла рядом с ним. Прочь от поляны с молчащими богами.
— Волхв, — она резко остановилась и дернула Радослава за рукав длинной рубахи, — Мара согласилась? Как мне знать?
Радослав оглядел ее, помолчал и после паузы ответил:
— Будет знак.
— А если не согласилась? Как тогда?
— Будет знак.
