Я долго ломал голову, что с этим делать, и как провернуть. Вариантов было не то чтобы много — но в итоге я отказался от идеи оглушить одного из игроков, связать его и запереть в каком-нибудь чулане.
Потом это обязательно бы вскрылось.
Так что я решил поступить честно (что-то в последнее время это становится для меня нормой…). Выбрал того, кто стал раздающим вместо меня — Олега Вещего, позвал его на серьёзный разговор, и признался в том, что собираюсь сделать.
С выбором я не ошибся и по той причине, что «прочёл» Олега, и был уверен на девяносто процентов, что он согласится. Парень, при всей своей молчаливости, искренне хотел победы в кубке, и также прекрасно понимал, что как игрок куда слабее меня.
Посвящать его в тонкости я не стал — лишь объяснил, что сделаю иллюзию своим родовым существом. А взамен… Ну что ж, мой счёт опустел ещё на пятьдесят тысяч.
В том, что Вещий меня не сдаст, я был уверен — хотя бы потому, что он добровольно согласился принять во всём этом участие, и принял оплату.
В общем, снять с него иллюзорную копию для Бунгамы не составило никакого труда.
Но это была меньшая из проблем.
Просто выиграть Кубок — полбеды! Куда больше мне пришлось поломать голову над тем, что делать потом, когда он окажется у меня в руках!
Подержать артефакт, в котором хранился Эфир, удастся всего ничего — минуту, может, две-три. А затем на нём торжественно обновят гравировку, сделают несколько фото с командой, и утащат обратно в академию, где снова установят в супер защищённый стеклянный бокс.
Так что требовалось придумать, как за эту пару минут выкачать Эфир из Кубка.
И вот с этим пришлось повозиться.
Собственно, второй месяц после косяка на факультативе я потратил как раз на разработку метода «извлечения».
Проблема состояла в том, что Эфир можно было перелить лишь во что-то, что могло выдержать мощь самого сильного элемента во вселенной.
Кубок Торвальда, например, был изготовлен из металла гаобан — одного из редчайших, встречающихся в обозримой вселенной. Само собой, местные учёные не подозревали об этом, иначе бы не использовали Кубок так тупо. Просто металл гаобан мог мимикрировать под любой другой металл, полностью перенимая его свойства. Но на глубинном уровне, до которого земляне ещё не дошли, всё было куда-а-а-а сложнее!
Но у меня-то под рукой такого материала не было! Лишь одно могло вместить в себя такую мощь.
Древо.
Вот только насколько я знал, его было невозможно повредить человеческими методами. Хотя это не мешало столичным продавцам сувениров продавать талисманы из якобы настоящей коры Древа.
Разумеется, это были фальшивки. Но изучив вопрос подробнее, я кое-что придумал.
Листья.
Пусть в них не хранился Эфир, и они никогда не опадали — но некоторые имперские ведомства научились воздействовать на черешки молодых листьев, чтобы снять их с древа. Насколько я узнал — из них делали элементы дизайнерской одежды, отличающиеся невероятной твёрдостью.
Разболтать модного дизайнера, с которым была знакома княжна Долгорукая, оказалось несложно — длинноволосый, накрашенный парень в претенциозном блестящем пиджаке и кожаных шортах обожал говорить о себе. А используя своё умение читать эмоции и внушать их, я направил его в нужное русло.
Выпытав способ срезания (банальные лазеры, пусть и с добавлением нескольких сложных заклинаний и магических кристаллов), пришлось потратить ещё немного времени, денег, и соорудить «листовор».
Хвала Эфиру, многие ветви Древа располагались не только над Кремлём (вокруг которого воздушное пространство было закрыто), но и над многими окрестными домами.
Взломать замок, подняться на грузовом дроне, выдав себя за представителя коммунальной службы — что может быть проще?
Да много чего.
Но у меня получилось!
А дальше всё пошло как по маслу. Пусть Эфира в небольших нижних листьях (размером со здоровенный лопух) и не было — хранить они его могли. Рассчитав вместимость одного, и прикинув, сколько их всего потребуется для энергии из Кубка, я принялся за садовые работы.
Учитывая, что от полиции пришлось убегать всего раз — можно сказать, что операция прошла без сучка — без задоринки.
Ну а дальше…
Ох, надеюсь собранный мной талисман, напоминающий свёрток наркоторговца, выдержит хотя бы месяца три.
Пока не придумаю что-нибудь более… Стабильное.
Ну а что было делать⁈ Время поджимало!
Рёв стадиона выдернул меня из воспоминаний. Судя по дикарской кричалке, на поле вышли стихийники.
Чехов, тоже прислушавшись к шуму, театрально поднял палец:
— О, слышите? Нас приглашают!
— КОМАНДА НЕВЕДОМОГО ФАКУЛЬТЕТА-А-А-А-!!! — раздался громогласный голос Уткина, — ВСТРЕЧАЙТЕ! ЗВЕРЕВ, ЛИСИЦИНА, КАБАНОВ, ВЕЩИЙ…
Услышав фамилию Олега, я встал, и трусцой побежал на выход.
Ну всё, ставки сделаны, ставок больше нет.
Пора за работу.
Стадион буквально сотрясался от восторженных криков зрителей. Солнечный свет прорывался через облака, преломлялся сквозь магические линии силового щита, окружающего арену, а кожу ласкал тёплый ветер.
